Дарья Рябинина о людях Сибири

Под окном постучал, мать открыла ему

створки. Он по пояс перевесился в избу и поздоровался.

– Что-то вы все насупились?

– А те чо? Пришел сюда – звали? – заворчала Колькина мать.

– Да, собственно, не к тебе, по-моему, и не суйся, куда не надо,

– зная ее плохой характер и повернувшись к Павлу, сказал, – дядя

Павел, ты шутки брось! Как бы тебе ребенка не лишиться, ведь

так и до греха недалеко!

– Что, в чем дело? – спросил отец.

– А вот сегодня влетает Гнедко на всем скаку, и на нем ваша

девчушка.

пояс голая. Уцепилась за гриву, бела-белехонька – испугалась шибко, глазенки вытаращила, а стал снимать – не отдеру рук от коня,

трясется вся.

– Кое-как снял, пошла и зашаталась. А в воротах, так и гляди

– ноги переломает. Тогда будут рядить да судить – что смотрел,

почему ребенок баловался? А эта – «Чо пришел, да кто те звал?» –

вот надо, и пришел! Трудно самому, пусть Андрюшку бы отослал,

но не ребенка, да еще девчонку.

– Андрейка рыбачит, дома не сидит – опять пескариков надергает, – погордился отец и потупился.

Конюх ушел, не простившись. Все молчали.

– Пошли, мам, домой, – сказал Колька. Мать встала и, дойдя

до порога, взялась за дверную скобку: – Но что, вставлять будете или как? – спросила она.

Павел окрысился:

– А чего мы-то будем вставлять, а если бы убил конь Дашку,

кто вставил бы ее на место? Кто вернул бы мне ребенка? Но я не

такой – возьми мою двойную раму, не могу же я нести тебе, и мать

тоже – не обедняем.

– Не возьму я вашей рамы, ту вставим.

– 

Но и ты скажи сыночку,что еще раз пугнет ребёнка ,тогда я вас пугну – пугну как надо ! А сейчас, мать, отдай ей из двойных.

– Не надо нам вашей двойной, свою встеклим, – заговорила она

довольно мягче, и ушли домой со своим сыном.

Арина понемногу болела. Дашутка подрастала и неотлучно

следовала за матерью. Случались в доме праздники заводили, сходились родные и друзья, приглашенные, гостей собиралось полон

дом.

Дом купили большой, широкий, с огромным крыльцом, с глухим обширным двором.

Гости, подвыпившие, шумели, веселились, пели, плясали, кто

как мог. И в это время звали детей – Дашутку и Андрея.

– А ну-ко, Андрюшенька, тряхни стариной, давай, Андрюха,

давай, стряхни кудрями!

И небольшой белоголовый мальчик с жиденькими волосенками выходил на круг.