Пропуск с красной печатью

А до этого перехватил долгожданный сигнал по рации: сбежавший подполковник Крячковский прорывается через лес к блокпосту у Майска, его преследуют, но двурушник, предавший родину, в отчаянном рывке может уйти.

На самом деле это был майор Гальский Виктор Михайлович, командир особой диверсионной группы «Оцелот» – боевого звена Отдела специальных мероприятий, запрятанного в недрах структур СБУ и отнюдь не разрекламированного. Группа, срочно брошенная на поиски предателя, осталась в лесах на линии разграничения. Каждый шел своим путем, а все вместе охватывали приличный участок местности… Гальский взглянул на часы и отстегнул от пояса рацию:

– Молочник, это Терминатор.

– Все тихо, Терминатор, – отозвался заместитель командира группы капитан Тарас Бредун. – Объект не выявлен.

– Объект удален, – сообщил Гальский. – Нахожусь в километре от западной окраины Майска. Где вы можете меня забрать?

– Отлично, Терминатор! – воскликнул заместитель. – Черт, это далеко… – Бредун лихорадочно оценивал расстояние.

– Пока не вижу.

– Транспорт?

– Разве что «Летучий Голландец»… – Гальский не сдержал язвительной ухмылки, покосившись на машину с жутковатым содержимым.

– Сойдет и «Летучий Голландец». На север через Барсучью балку есть лесная дорога, начинается за околицей хутора Лебяжьего. Вы должны знать карту, Терминатор. Мы не можем вас забрать – давайте вы к нам. На опушке увидите заброшенное фермерское хозяйство. Ориентир – две силосные башни. До леса, которым мы пройдем к своим, шестьсот метров.

Тащиться пешком в такую даль – действительно глупость. Гальский обогнул машину, распахнул дверцу с водительской стороны. Безжизненное тело шофера вывалилось наружу. Он брезгливо поморщился, поднял сиденье, извлек из-под него ворох тряпок, стер кровь с руля, рычага передач, с матерчатой обшивки сиденья и, запрыгнув за руль, завел машину.

– Ну что, покойнички, полетели? – проговорил майор СБУ, отжимая сцепление. – Ни гвоздя, ни жезла, как говорится…

Глава 2

Загорать на крыше в этот солнечный сентябрьский день было неуютно. Осень не спешила прогонять лето, напоминала о своем приходе лишь прохладными ночами. В дневное время было тепло, временами даже жарко.