Признание моджахеда

Прошу принять его с предложением стать моей женой!

– А не слишком ли ты торопишься, Сережа?

Шахристов принял важный вид и стал как две капли воды похож на своего отца, высокопоставленного чиновника:

– Я, дорогая, привык принимать решения быстро. Полюбив тебя с первого взгляда, я не могу ни о ком и ни о чем думать, кроме тебя и всего того, что тебя окружает. Я влюблен, а посему вправе совершать любые поступки. Они оправданы любовью и страстью. Ты, конечно, можешь отказать мне, но тогда… тогда я не смогу жить.

Валентина усмехнулась:

– Да я вроде и так неплохо живу. – Но, вспомнив разговор с отцом и скорую командировку, тут же добавила: – Что не означает желания остаться старой девой. В отличие от тебя сказать, что люблю, не могу, но ты нравишься мне. А любовь начинается с симпатии. Я… принимаю подарок, – она надела кольцо на безымянный палец, – но… как женщина строгих правил, – при этих словах Валентина улыбнулась, – должна подумать перед тем, как принять или отвергнуть твое предложение.

– Да, да, конечно! Я понимаю, что тебе надо все обдумать, посоветоваться с папой. И я готов подождать.

– Спасибо, Сережа, ты очень чуткий человек. А кольцо очень красивое. Мне оно нравится.

– Я долго выбирал его. Пытался угадать твой вкус. И счастлив, что угадал!

– Еще раз спасибо!

Валентина, увидев домработницу, крикнула:

– Лиза, подойди, пожалуйста!

Подошла Лиза.

Валентина передала девушке букет:

– Отнеси, пожалуйста, в мою комнату!

– Хорошо!

Шахристов небрежно сказал:

– И не забудь, девица, поставить букет в вазу с водой!

– Я знаю!

– Вы, прислуга, много чего знаете. Особенно того, что вас не касается. И сейчас не надо бросать реплик.

Девушка покраснела:

– Да, поняла!

– Ступай, любезная!

Лиза чуть ли не побежала к дому.

Туркина с упреком взглянула на жениха:

– Ну зачем ты так грубо с ней?

– С прислугой, Валечка, по-другому нельзя. Иначе на шею сядут, станут проявлять своеволие, что недопустимо. Прислуга должна бояться хозяев, только тогда в доме будет порядок.