Пражский фугас

Акчурин услышал его вскрик и позвал:

– Сако!

Ответа он не дождался, ударил по лесу и занял прежнюю позицию. Пятеро солдат пехотного взвода находились уже в тридцати метрах от холма. А еще где-то в мертвой зоне затаились эсэсовцы. Капитан дал очередь. Двое пехотинцев уткнулись в землю, трое залегли и начали отползать.

Ухнули два разрыва гранат. Эсэсовцы бросили колотушки, но не смогли достать до вершины. В результате они сами попали под осколки своих же гранат, особо не пострадали, но и вести бой не могли, да и не особо желали.

Унтерштурмфюрер Альтман говорил им, что к укрепрайону вышла диверсионная группа противника человек в десять, но на самом деле реальной ее численности никто не знал. Однако эсэсовцам было хорошо известно, как умеют воевать эти проклятые русские, особенно диверсанты. Посему они посчитали за лучшее отлежаться. Мол, мы сделали все, что могли.

Справа раздались очереди из шмайсеров. В ответ грохнул «дегтярь».

– Альтман убит, – крикнул кто-то.

В лесу двое солдат тоже заняли позиции в укрытиях.

Они уничтожили диверсанта, прикрывшего южный фланг русских, и решили, что все остальное – дело пехотного взвода и отделения оберштурмфюрера Вебера.

Лейтенант Зинков держал на прицеле немецких пехотинцев. Он ударил из ППШ и первой же очередью выбил трех солдат. Капитан из «дегтяря» положил еще двоих. Оставшиеся трое залегли.

В отличие от Альтмана, Ремер не пошел в атаку с подчиненными.

Он имел возможность контролировать обстановку и отдал приказ:

– Отделение, в атаку, вперед!

Но кому было идти в атаку? Трем солдатам на ППШ и «дегтярь»?

Ураганный огонь МГ-34 больше мешал им, чем прикрывал позиции.

Солдаты прыгнули в большую канаву. Сколько Ремер ни кричал, ни грозился, вперед они не пошли, огрызались слепым огнем.

Тогда Ремер обошел опасную зону, камнем свалился на спины своих солдат и заорал:

– Какого черта? Вперед, или я вас тут же расстреляю! – Он наставил на солдат пистолет.

Они с криком рванулись вперед.

Зинков менял магазин, когда на него вылетели трое пехотинцев с безумным блеском в глазах.

Вставить диск в автомат он не успел, выхватил пистолет, но и из него выстрелить не смог. Очереди сразу трех шмайсеров разорвали его грудь. Пехотинцы залегли рядом с убитым советским офицером.

Акчурин не мог их достать. Он быстро осмотрелся. Впереди противника нет, по флангам тоже. Но у подножия холма и в лесу прячутся как минимум семь-восемь гитлеровцев. Зашли они, наверное, и в тыл.