Дружба с призраком

Он прокашлялся и попросил Марию:

– Можешь кинуть мне мячик?

Мария подняла лежащий у неё возле ног мяч и бросила его Себастьяну. Вроде бы и несильно бросила, однако поймать его он не сумел, уронил.

– Боюсь, что ловлю мяч я так же плохо, как кидаю, – покраснел Себастьян, пытаясь скрыть своё смущение натянутым смехом.

– Я тоже, честно сказать, спортсменка та ещё, – улыбнулась Мария.

Себастьян подобрал с земли мяч и улыбнулся своей щербатой улыбкой.

Мария оглянулась посмотреть, не видит ли её мать, как она разговаривает с чужим мальчишкой, да ещё мяч ему кидает.

Себастьян всё ещё медлил, стоял, подбрасывал свой мяч.

«Уходи же! Прошу тебя!» – не поворачивая головы и крепко зажмурив глаза, мысленно просила Мария. Спустя несколько секунд раздались шаги Себастьяна, он побежал к поджидавшим его товарищам.

Только теперь Мария открыла глаза. Никто из ребят не обращал больше на неё внимания, все снова принялись играть. Она открыла свою книгу, но не могла сосредоточиться, ни строчки не могла прочесть.

Входная дверь их подъезда открылась, причём так резко, что Мария даже книгу свою выронила от неожиданности. Из двери показался мужчина средних лет. Мадам Фортуна раздвинула на своём окне шторы и сквозь мутное стекло взглянула на Марию. Затем неоновая вывеска перестала жужжать и погасла.

Вернувшаяся клиентка

На следующее утро Мария раздвинула тяжёлые шторы, и сквозь окна в душную гостиную хлынул солнечный свет. В его лучах плавали пылинки, медленно, словно снежинки, опускаясь на ломберный столик, покрытый пёстрой, в потёках застывшего свечного парафина, скатертью. Садились пылинки и на два приставленных к столику складных стула, и на клетку Гудини, пол которой был усыпан кожурой от семечек, перьями и птичьим помётом.

Мария не понимала, почему мать никогда сама не чистит клетку – ведь это же, в конце концов, её попугай!

Мария вытащила Гудини из клетки, погладила его по головке, скормила ему несколько семян.

– Это ненадолго, – успокоила она попугая. – Пара минут, и я верну тебя в клетку. Чистую.

Она пересадила Гудини в сторонку, добавила нашатырного спирта в ведёрко с водой, закашлялась, вдохнув ненароком резкий, раздражающий запах.