Рассказы об отце Брауне

Широкая, исполненная грации походка ирландца вызвала в старом лорде ярость, как будто этот человек был его соперником в любви; лунное сияние сводило его с ума, завлекало в ловушку, заманивало в волшебные миры Ватто[3 - Антуан Ватто (1684–1721) – французский художник, автор отличающихся изысканной нежностью красочных полотен – бытовых и театральных сцен, «галантных празднеств».], в вертоград трубадуров. Желая стряхнуть это идиотское наваждение, посол торопливо зашагал следом за недругом, но почти сразу же споткнулся о какой-то предмет в траве – то ли о камень, то ли о бревно.

Его хриплые возгласы не остались без последствий – в окне кабинета рядом с балконной дверью появилось бледное лицо, заблестели стекла чьих-то очков. Это был доктор Симон, в конце концов разобравший, чтог именно выкрикивает высокородный англичанин.

– Труп! Труп в траве! Окровавленный труп!

Об ирландце лорд Гэллоуэй наконец-то забыл.

– Надо немедленно известить Валантэна, – сказал доктор, когда посол сбивчиво описал то, что успел рассмотреть. – Нам повезло, что здесь сам начальник полиции.

Валантэн оказался легок на помине – улышав крики, он поспешил на место происшествия. Занятно было наблюдать, как изменилась его манера держаться: пришел он с видом заботливого хозяина, испугавшегося, что одному из гостей или слуг стало плохо; когда же ему рассказали о жуткой находке, он тотчас стал необыкновенно серьезен и даже деловит – как-никак, сие ужасное происшествие вернуло его к исполнению профессиональных обязанностей.

– Странно, господа, – произнес он, выходя со спутниками в сад, – я расследовал таинственные истории по всему свету, а тут одна из них происходит в моем собственном доме. Покажите, где найдено тело.

Они с трудом пересекли лужайку – с реки наплывала густая туманная дымка; однако с помощью дрожавшего, как банный лист, лорда им наконец удалось отыскать в высокой траве труп. Мертвец был рослым и плечистым мужчиной; лежал он лицом вниз, так что видны были лишь его черный костюм, массивная лысая голова, на которой сохранилось лишь несколько пучков темных волос, прилипших к коже, как влажные водоросли. Из-под обращенного к земле лица текла алая струйка крови.