Роман на три минуты

Конечно же, что я ожидала? Полный зал девушек, готовых глотки друг другу перегрызть, чтобы стать партнершей Егора Широкова. Нет, Широков – тот еще мастер, но я бы в жизни не пошла на такое. Приходить на собеседование в чем мать родила – как минимум глупо. Интересно, они будут оправдывать свой внешний вид тем, что все танцуют стрип? Это будет странно.

Были и нормальные, с парой девчонок я успела пообщаться, пока не пришла моя очередь. Как выяснилось, Егор очень требователен к своей партнерше. Ему нужна не просто танцовщица, но еще и та, с которой у него возникнет эмоциональная связь.

В кабинете, в котором он принимал, был один стол, два стула и большое пространство, нет, огромное, пространство пустоты. Когда я вошла, внутри никого не оказалось. Села на свободный стул и стала ждать. Прошло минут десять, и только тогда Широков решил явиться. Он удивленно вскинул брови и непонимающе на меня посмотрел.

– А ты кто? – склонил голову набок.

– Ева Василевская, я на собеседование, – положила на стол папку со своими достижениями.

– Сегодняшний этап закончился десять минут назад, ты опоздала, – безразлично бросил он и, взяв смартфон, поспешил к выходу.

– Стойте! Но я просидела в очереди почти три часа! Я приехала к вам из Хабаровска, чтобы попасть сюда!

– И что? Мне нужно за это медаль тебе выдать?

Он даже не повернулся. Он начинал меня бесить.

– Можно хотя бы проявить уважение и выслушать меня, может, я именно та, кого вы искали, – я не собиралась останавливаться на достигнутом. Я стану его партнершей. Иначе я не Ева Василевская.

Повернувшись, Егор внимательно меня рассмотрел. Останавливаясь на каждом участке тела, он словно что-то для себя подмечал. Потом сел напротив.

– Бедра слишком широкие, грудь большая, еще и высокая. Ты нам не подходишь. Выслушал?

Я опешила от его выводов.

– А у тебя плечи непропорционально расположены: одно выше другого, ростом ты тоже не выдался. Естественно, любая девушка, выше ста семидесяти сантиметров будет казаться тебе высокой, сам же всего сто восемьдесят где-то, верно?

– Сто восемьдесят один, – уточнил он, заинтересованно продолжив на меня смотреть.