Зоопарк доктора Менгеле

В первый раз Мино схватил горящую свечу и был готов запустить ею в лицо гринго, но Изидоро удалось перехватить и остановить его. Во второй раз все было еще хуже: карабинеры ворвались в палатку волшебников и, рыча, стали спрашивать их, не видели ли те террористов.

– Да, сеньоры, – проговорил, вежливо кланяясь, Мино. – Una, dos, tres, quarto, cinqu…

Он показывал пальцем на каждого из карабинеров. И снова Изидоро успел предотвратить катастрофу. Он успокоил сержанта, объяснив, что мальчик – uno imbecile, дурачок, и каждый раз, когда его о чем-нибудь спрашивают, стремится показать, как здорово он умеет считать.

После этих случаев Изидоро навсегда решил, что будет отменять представление, если среди публики попадутся карабинеры или пьяные гринго. Мино был совершенно с ним согласен, не стоило тратить их фантастическое представление на аquilas Iloras, плачущих орлов, ведь их же даже не существует на свете.

Вдруг Мино схватил сачок. Большая белая бабочка-белянка с золотыми точками на крылышках порхала возле них. Он начал охоту, не отрывая взгляда от бабочки, метавшейся между стройными деревьями. Внезапно он налетел прямо на дерево, в глазах засверкали звездочки, и Мино упал на землю. Он услышал, как Изидоро хохотал до икоты. Когда Мино встал, бабочка уже улетела. Мальчик разочарованно отложил от себя сачок и сел, потирая шишку на лбу.

– Там было дерево, но ты не остановился и побежал прямо на него, – сказал Изидоро, отсмеявшись.

Мино жонглировал. Сидя у костра, он крутил на ладони семь патронов. Двигались все семь, и ни один глаз не мог уследить траекторию каждого из них, пока Мино играл.

Изидоро читал книгу при свете огня. Книга называлась «Человек, который дотянулся до небес и достал оттуда луну». Ее написал настоящий индеец, так сказал Изидоро. А индейцы никогда не врут.

Однажды Изидоро спросил Мино о его предках. Не было ли среди них индейцев? Мино этого не знал, но считал, что это вполне возможно. В его родной деревне жили и кабокло, и полуиндейцы. Может быть, он действительно индеец? От этой мысли в груди приятно защипало. Папа Себастьян и мама Амантея, могли ли они оба быть индейцами?

– Новая страна, папа Изидоро?

– Новая страна, мой мальчик, но до границы нам предстоит идти еще много дней.