Горький мед

Стремительно зашагал вверх, держась середины улицы. Свернул в переулок налево. Вот и гостиница. Скорей туда. Вошел в вестибюль. Портье кивнул:

– Несчастный случай?

Фредрик посмотрел на свои светлые брюки. С темными пятнами от ржавчины.

– Ничего серьезного, – сказал он.

Взял ключ и поспешил подняться в номер. Опустился в глубокое кресло.

«Черт-те что, – подумал он. – Несуразица, полнейший бред!» С чего бы кому-то понадобилось убивать его? Кому здесь Фредрик Дрюм мог перейти дорогу? До приезда сюда он не знал никого из местных жителей.

А с кем успел здесь познакомиться, говорил почти исключительно о винах. Он никак не мог кого-либо задеть или оскорбить.

Тем не менее факт остается фактом – на его жизнь покушались. Дважды пытались его убить. Кто-то следит за ним. Кто-то постоянно знает, где он находится. Рука толкнула его сзади, когда били церковные часы. Чья рука?

Он вытащил кристалл. Звезда излучала голубоватое сияние.

Фредрик встал, сбросил брюки и рубашку. Достается тут его одежде… К царапинам и ссадинам добавился широкий синяк поперек живота.

След от троса, спасшего ему жизнь. Видел ли это Рука? Несомненно. Рука знает, что Фредрик Дрюм все еще жив. И Рука не откажется от новых попыток.

Бред какой-то. В Сент-Эмильоне бесследно исчезают люди. Очевидно, орудует некий извращенный тип, одержимый манией убивать и прятать жертвы. Случай не новый. Вот только покушения на его жизнь, особенно последнее, не укладываются в эту схему. Его пытаются убить так, чтобы создалось впечатление, будто произошел несчастный случай.

Тут явно кроется что-то другое.

Обратиться в полицию? Фредрик не видел в этом смысла. Вряд ли ему поверят. Но если даже поверят, что может сделать полиция? Приставить к нему охрану? Держать его взаперти в надежном месте? Уж наверно у полиции есть дела посерьезнее, чем опекать норвежца с непомерно развитым воображением. Нет, в полицию ему незачем соваться.

Фредрик расхаживал голый взад-вперед между кроватью и ванной и стакан за стаканом пил воду, как всегда, когда был сильно возбужден или чем-то потрясен.

Пытаться уснуть сейчас было бы бесполезно.

Несколько раз он ловил себя на мысли, что ему, возможно, почудилось прикосновение Руки, просто закружилась голова или разыгралось воображение. Но всякий раз он отбрасывал эти версии. Нет-нет, это исключено. И нечего подыскивать какие-то объяснения, умаляющие значение случившегося. Слишком велик риск, что следующая попытка Руки окажется удачной.