Горький мед

Ну вот, опять двадцать пять! Он-то предвкушал мирное времяпрепровождение с дегустацией вин и приятными беседами о новом урожае.

Он прислушался к доносившимся до него обрывкам разговоров. Звучали чьи-то имена. Имена исчезнувших людей. Приглушенные речи, нервные взгляды… И ни слова о важнейшем событии года – сборе винограда.

Вот так.

Он снова обратился к газете. В одной заметке перечислялись имена:

7 августа: Соланж Тефлие, 37 лет, домохозяйка;

10 августа: Серж Антон Килли, 9 лет, школьник;

23 августа: Робер Меллин, 51 год, виноградарь;

25 августа: Сирил Глара, 29 лет, виноградарь;

3 сентября: Жанет Муле, 15 лет, школьница;

12 сентября: Грэс-Клэр Мойер, 63 года, пенсионерка;

28 сентября: Жан-Мари Ласкомб, 17 лет, ученик.

Возраст – самый различный. Жертвы обоего пола.

* * *

Вряд ли за этим стоит какой-нибудь сексуальный маньяк, заключил Фредрик Дрюм, складывая газету и отодвигая ее в сторону. Он не собирался впутываться в это дело.

Не собирался? Он, Пилигрим?

Фредрик посмотрел на ближайшие столики.

Среди посетителей выделялись сидящие порознь двое элегантно одетых мужчин. Следователи из Парижа. Надо думать, не они одни размещены на стратегических позициях в округе. Сент-Эмильон с прилегающим районом занимал не такую уж большую территорию. Естественно, приезжие бросаются в глаза.

Фредрик расплатился и направился вверх по тесной улочке, через Каданские ворота к францисканскому монастырю XV века. Выбрал место и сел у стены перед монастырем, откуда был виден почти весь городок, слабо освещенный редкими уличными фонарями.

Тихий городок.

С крыши монастыря за его спиной взлетели голуби. Мощные серые монастырские стены хранили безмолвие. За ними были сплошь одни развалины, остатки келий, поросшие бурьяном. Но по словам местных жителей, каждую неделю, в ночь на среду, когда церковный колокол пробьет двенадцать, оттуда доносился детский плач. Ему об этом совершенно серьезно поведал один бывший виноторговец, пенсионер, вместе с которым он как-то вечером сидел за столиком на площади, и окружающие кивали, подтверждая его слова.

Фредрик улыбнулся. Теперь прибавится пищи суеверию… Достав из кармана звездный кристалл, он поднес его почти вплотную к правому глазу и прищурился. Нормальный желтоватый цвет.

До полуночи оставалось три часа.

Дискотека. Фредрик Дрюм знал, что в Сент-Эмильоне есть дискотека, и решил сходить туда. Не мешает послушать музыку.