Бульдог Драммонд (следствие ведет Хью Драммонд)

Кстати, что случилось с проклятой железякой?

– Валяется в чулане, со связкой старых зонтиков и клюшкой для гольфа, которую вы не любите.

– Боже! Как? – Драммонд добрался до мармелада. – И подумать только, что я когда-то воображал себя пронзающим гуннов этим гордым клинком. Как думаете, найдется глупец, чтобы купить его, Джеймс?

Но достойный слуга был поглощен письмом, которое он только что открыл, и, по-видимому, не услышал вопроса. Теперь он выглядел озадаченно. Внезапно он громко причмокнул. Это был верный признак того, что Джеймс взволнован, и хотя Драммонд почти вылечил его от этой глупой привычки, Джеймс иногда забывался, особенно в моменты напряжения.

Драммонд выдернул письмо из его рук.

– Я удивлен, Джеймс! – заметил он недовольно. – Секретарь должен уметь держать себя в руках. Не забывайте, что хороший секретарь – это вещь, автомат, машина, не способная к чувствам…

Он прочитал письмо быстро, а затем, возвратившись к началу, он медленно прочитал его снова.

Уважаемый «ящик X10», я не знаю, была ли Ваша реклама шуткой.

Я в ловушке. Для девушки я откусила больше, чем я могу прожевать. Мне нужна помощь, срочно. Вы приедете завтра в отель «Карлтон» к пятичасовому чаю? Я хочу взглянуть на Вас и увидеть, что Вы и вправду есть. Вставьте белый цветок в петлицу.

Драммонд отложил письмо и вытащил портсигар.

– Завтра, Джеймс, – пробормотал он, – это уже сегодня! Кажется, это как раз то, что я искал.

Он поднялся и задумчиво посмотрел в окно.

– Старый друг! Пожалуйста, купите мне маргаритку, или кочан цветной капусты, или что-то еще белое.

– Вы думаете, что это не розыгрыш, сэр?

Капитан выдохнул облако дыма.

– Я знаю это… – ответил он мечтательно. – Посмотрите на это письмо. Незнакомка в нем отразилась как в зеркале! Она будет среднего роста и смуглой, с очаровательным маленьким носиком и ртом.

Но Джеймс уже потихоньку вышел.

Ровно в четыре часа Хью Драммонд вылез из своего двухместного автомобильчика в Хеймаркете, у входа в «Карлтоне». Белая гардения красовалась в его петлице. На нем был серый костюм с иголочки, который удовлетворил бы самого взыскательного модника. Некоторое время он стоял у входа на лестницу, скользя взглядом по холлу отеля.