Сборник рассказов №2. Бездна

– Понял, – Игорь вытащил ещё одну тысячную…

Он отошел от довольного сержанта, и набрал добытый у сержанта номер.

– Алло, Андрей?

– Кто это? – недовольно пробасил тот.

– Здорово хомяк, это кре… Это Игорь Федоров.

– Креветка?

– Креветка, креветка, – на этот раз обижаться Игорь не стал, – слушай я тут в городе, хотел зайти к тебе, а говорят что ты переехал?

– Да я на заводской 15.

– Отлично. Можно к тебе?

– Конечно, я сейчас дома. Давай жду… И да, захвати пузырь если не трудно. А то мне выходить в лом.

– Окей, буду через пол часа…

Надя, после того, что с ней произошло, замкнулась окончательно. Она перестала реагировать на своих подруг, которые всеми силами старались отвлечь её от дурных мыслей. Да у нее и не было никаких дурных мыслей, просто, после того, как она увидела себя со стороны, ей стало страшно. За себя, за маму.

Было ощущение что она умерла, а все что окружало её, это антураж, нарисованный нерадивым художником. Такое своеобразное кривое зеркало, отражавшее кривую жизнь, где она была уже второстепенным героем, вышвырнутым за черту жизни…

Наконец-то к ней подсела Анна Сергеевна.

– Как ты себя чувствуешь? – она взяла девочку за руку.

Надя никак не отреагировала, продолжая смотреть в одну точку.

– Надяяяя, – Анна потрясла девочку за плечо.

– Я слышу вас, – Надя продолжала смотреть словно сквозь стену.

– Мы закончили обследование…

И опять девочка никак не отреагировала.

– Тебе не интересно что с тобой? – Анна Сергеевна заметно нервничала.

– Нет, – Надя наконец-то повернулась к говорившей, – у меня рак?!

Она говорила это таким ровным, без интонаций, голосом, что Анна на мгновение испугалась, но тут же взяла себя в руки.

– Да девочка, диагноз подтвердился.

– Сколько мне осталось? – голос Нади не изменился, оставаясь все таким же равнодушным.

– Трудно сказать. Но шансы ещё есть. Необходима операция. А чтобы ее сделать нужно разрешение родителей. У тебя кроме мамы есть ещё родственники?

– Нет.

– Плохо.

– Мне никто не говорил.

– Она в тюрьме. Её обвиняют в убийстве, – Аня сказал это таким тоном, что Надя очнулась. Она выдернула руку из ладоней врача.

– Нет, нет, нет, нет, ты врешь, ты врешь, врешь, врешь, – Надя в истерике стала бить Анну ладошками, захлебываясь от слез.

– Прекрати дрянь, – заорала та и толкнула бьющуюся в истерике девочку, – такая же дрянь, как твоя убийца мамаша. Ничего, разберемся и с тобой.