Вьетнамские каникулы. Необязательная встреча

Мне тоже удалось встать, но в отличие от океанского «профика», я съезжая с гребня упал, потеряв равновесие. Прекрасные волны дали возможность несколько раз повторить попытку, но «катбэки» и «боттом тёрны» не получались, как и прежде. Прошел час. Спустившаяся темнота заставила нас выйти из воды.

– Гера, работай правой ногой и как только встал, разворачивай корпус, – по инерции советовал инструктор Карельский, выжимая шорты.

В благодарность за бесплатный совет я мотнул головой.

Смыв соленость и переодевшись, мы направились в бар.

– Денис, а ты был здесь в 2006, когда был тайфун? – поинтересовался я.

– Да. Жуть! Тут все так летало, представить себе невозможно. Видишь вон ту вывеску нашего бара с неоном в виде серферской доски?

– Да.

– Её нашли за три километра отсюда.

– Так она же тяжеленая!

– Да! В городе не было ни одного целого стекла. Крыши срывало, деревья выкорчевывало. Говорят, шестьдесят лет ничего подобного не было.

К моменту нашего прихода в баре осталось трое посетителей. Одного из них я знал – это был местный геофизик Эрик, работающий на французскую нефтяную компанию. Двое других клиентов питейного заведения, были не из наших краев.

К моему удивлению, рядом с немолодым туристом в серферских шортах, стоял православный монах, в черном облачении.

С момента моего поселения в Вунг Тау, я почти каждый день заходил в русский бар. Вначале хотелось познакомиться с местной диаспорой и посмотреть на заезжих туристов, потом засосало! Причем так, что стал ежедневно выделять пару часов своей кокосовой жизни на ненужные знакомства и пустые разговоры. В бар приходили разные люди и, каждый раз видя нового человека я, движимый каким-то странным азартом, пытался угадать его профессию или хотя бы род деятельности.

Вот и в этот раз, «на автомате», я быстренько пробежал по внешнему виду незнакомцев.

Что за духовное лицо посетило бар в столь тревожный час? Священника в нашем Приходе нет и не предвидится. Службы проводит дьякон, работник совместного предприятия. Батюшки из Владивостока приезжают только на большие праздники, но до Рождества еще далеко.

Подойдя ближе, я увидел кожаный ремень на подряснике. «Да будут чресла ваши перепоясаны и светильники горящи!».