Ногайская орда

Избавляются от того, что не нужно, а мы с тобой необходимы друг другу.

– Ладно, поглядим, как все сложится. Но не обижайся!.. Предупреждаю, что зарезать себя я не дам. Сам кого хочешь прибить могу.

– Да знаю и никакой обиды на тебя не держу. Солнце уже поднялось. Пора бы и позавтракать. Вари кашу.

Но делать этого Магоне не пришлось. На подворье появилась жена Чибиса Валентина с пятилетним сыном Алексеем. При ней был довольно большой узелок.

– Доброго утра вам, мужики.

– Доброго, Валюша. А ты никак харч мужу принесла?

– Для всех.

Чибис, по-прежнему находившийся на башенке, услышал ее и недовольно воскликнул:

– Почему для всех-то? Или ты богачкой стала?

– Так просо пропадает, еще немного, и совсем испортится.

– Поросенку скормила бы.

– Ему пока есть что давать.

Табачник почесал затылок и сказал:

– Что ты за человек такой, Гришка? Супружница твоя угостить нас захотела, а ты ее упрекаешь. За кашу я тебе заплачу.

– Это совсем другое дело. Харч главное, без него не проживешь.

– Спускайся.

Валентина выставила на стол в летней кухне чугунок с кашей, хлеб, овощи.

– Кушайте на здоровье, люди добрые.

Чибис злобно посмотрел на нее и гаркнул:

– Выставила харч, да и проваливай отсюда! Нечего средь мужиков бабе делать.

– Да, конечно. Ты тогда чугунок принеси.

– Принесу.

Табачник тем временем потрепал сына Чибиса по шевелюре и спросил:

– Как дела, Лешка?

– Хорошо, – ответил малолетка и спрятался за юбкой матери.

– Ты не бойся, Лешка, тут тебя не обидят, – сказал Табачник, повернулся к Чибису и добавил: – Его к ребятне чаще пускать надо, а то нелюдимый он у вас.

– Мал еще. Ты обещал заплатить.

– Держи. – Богдан дал Чибису полушку, то есть четверть копейки.

Тот взял монету и проговорил:

– Мог бы и больше дать. Полкопейки хотя бы.

– Хватит с тебя и этого.

Валентина взяла платок, в который был завернут чугунок с кашей, и вместе с сыном ушла в свой двор.

Холопы князя Лаперина и управитель поместья, который был свободным человеком, сели трапезничать.

После завтрака Магоня ушел во двор Табачника, нашел лук, стрелы, выбрал место, откуда хорошо просматривались ворота и подворье за ними.

Чибис убрал посуду и сел на скамью перед крыльцом.

Неожиданно к воротам подлетел конь, и всадник начал стучать в створку.

Чибис поднялся, открыл ее.

Во двор въехал всадник.