Ногайская орда

Тот развел руками и заявил:

– Если люди, опытные в этих делах, решают так, то мне остается только согласиться с ними. А как мне назвать этого купца? Табачник знает многих из московского торгового люда.

В разговор вступил Крылов:

– Скажи, что деньги тебе обещал привезти купец Гурьян Грач. Он ведет большие дела с иноземцами, человек далеко не бедный, в долг дает охотно, если, конечно, ему возвращают больше. Табачник, скорее всего, слышал о нем, но вот проверить он ничего не в состоянии. Это нам и требуется.

– Понял, – сказал Лаперин и спросил: – Так я поехал?

– Погоди еще. Солнце пошло к закату. Как скроется за колокольней, так и поедешь, а то получится, что ты толком и не искал деньги. Тебе надо вернуться в Тихомировку перед самым наступлением темноты, – проговорил Савельев.

– А ты?

– А я своими делами займусь. – Савельев взглянул на Лаперина и добавил: – Даже не сомневайся, князь, моя дружина выполнит задание. Так бывало уже не раз.

– Добро, стало быть, пока ждем.

Время прошло быстро.

Савельев поднялся, взглянул на Лаперина и проговорил:

– Пора тебе, Аркадий Дмитриевич. Помни о том, что ты очень огорчен тем обстоятельством, что тебе не удалось ко времени собрать деньги, в то же время рад, что купец согласился помочь тебе. Ты не бойся Табачника. Он хоть и лиходей, но тоже не желает оказаться на плахе. А стоит ему убить кого-то из твоей семьи, так этот негодяй непременно туда и угодит.

– Я постараюсь.

После обеда Табачник, оставив при пленниках Магоню, а у ворот – Чибиса, Тугина отправил на башенку.

Тот завидел Лаперина и крикнул вниз:

– Гришка, беги к Табачнику, скажи ему, что князь едет.

– Один?

– Вижу одного.

– По сторонам погляди.

– Поблизости никого больше нет.

– Ладно. – Чибис побежал в дом.

Табачник вышел во двор, Гришка открыл ворота, встал рядом.

Лаперин въехал во двор, спрыгнул с коня. Чибис тут же схватился за поводья.

– Веди коня в конюшню, Гришка, – распорядился Табачник.

– Ну?

– Чего в округе? И не нукай, не запряг.

– А чего в округе-то? Ничего. Дорога пуста. Крестьяне с поля и луга ушли.

– Вот и хорошо, – сказал Табачник, взглянул на Лаперина и спросил: – Ну что, князь, привез деньги?

– Только двадцать рублей.

– Чего? Ты что, вздумал шутки со мной шутить?

– Дома у меня больше не было, хотел занять у знакомых, да те все разъехались из Москвы по вотчинам.