Похититель трупов

Лошадь, лежавшая на земле, перевернулась, на боках у нее была кровь и какие-то движущиеся тени; сухощавый внезапно бросил ее и побежал по направлению к своему хозяину – так бежал шагов десять. Ноги у него были стянуты и спутаны серым, и он бесцельно размахивал саблей. Серые ленты веяли следом за ним; тонкое серое покрывало было у него на лице. Левой рукой он колотил что-то такое, что сидело на его теле, затем вдруг покачнулся и упал. Сделал было усилие, чтобы встать, снова упал и вдруг завыл: «Ой – о-о-й – о-ой!»

Хозяин его видел огромных пауков – и над собой, и внизу, на земле.

Когда ему удалось наконец заставить свою лошадь подойти к этому стонущему серому существу, которое барахталось в судорожной борьбе, послышался топот копыт, и маленький человек, верхом, безоружный, лежа животом на белой лошади и вцепившись в ее гриву, ураганом пронесся мимо. И опять липкая сеть серых летучих волокон мазнула по лицу предводителя. Повсюду эти бесшумно плывущие клубки описывали круги, все ближе и ближе к нему…

Впоследствии до самого дня своей смерти он не мог решить, как все это случилось.

Сам ли он повернул свою лошадь или она по собственному почину пошла следом за другой лошадью? Достаточно только сказать, что в следующую минуту он уже скакал галопом по долине, ожесточенно крутя саблей над головой. Ветер все усиливался, и воздушные суда пауков, воздушные узлы и воздушные полотнища, казалось, мчались за ним, как будто сознательно его преследуя.

Топ-топ, тук-тук – скакал человек с серебряной уздечкой, не думая о том, куда скачет, скакал с испуганным лицом, вглядываясь то направо, то налево и с саблей наготове. А в сотне ярдов, с хвостом из порванной паутины, тянувшейся за ним, скакал маленький человек на белой лошади, все еще не вполне твердо сидя в седле. Камыши склонялись перед ним, дул свежий и сильный ветер; над его плечом хозяин видел эти паутинные клубки, догоняющие его…

Он был поглощен одной мыслью – спастись от пауков, и поэтому, только когда его лошадь уже присела для прыжка, он заметил, что впереди – овраг.

Он растерялся, перегнулся вперед – на шею лошади, снова сел в седло – но уже было поздно.

Хотя, растерявшись, он и не сумел перескочить, но он все же не забыл, как надо падать, и вновь показал себя истинным всадником в воздухе на лету. Он отделался ушибом плеча, а его лошадь покатилась, судорожно брыкая ногами, потом лежала внизу, не шевелясь.