Путешествие на край Земли

Сегодня вечером мы, по всей видимости, никуда не пойдем. Разве что поужинать. Здесь, в соседнем доме есть чудный ресторанчик, где можно полакомиться отличной копченой селедкой с солеными огурцами. Мы будем пить холодное пиво и наблюдать за посетителями. Там попадаются весьма колоритные личности.

– Откуда тебе это известно? Ты уже бывал в Амстердаме?

– Разумеется. Несколько лет назад я побывал в Берлине по делам нашего журнала и на обратном пути заехал в Амстердам. И я останавливался именно в этой гостинице и обедал именно в том самом ресторанчике, о котором сейчас рассказываю.

– Отлично. Я только немного отдохну и сделаю несколько рисунков в своем альбоме.

Эдвард тоже решил передохнуть и устроился на своей кровати, вытянувшись во весь рост.

Я достал рисовальные принадлежности и потихоньку взял свой дневник. Как я и решил, я буду вести записи относительно всего того, что увижу за день. И буду делать это скрытно от других. Эдвард ни о чем не догадается, ведь я буду время от времени еще и рисовать в своем альбоме.

Для начала я изобразил по памяти «Фрисландию» и порт, куда она прибыла. Затем сделал несколько эскизов амстердамских улиц. Потом я ловко приложил к альбому сверху свой дневник и стал делать там записи. Если бы Эдвард попросил меня показать ему что-нибудь из того, что я уже нарисовал, я бы с легкостью это сделал. Впрочем, этого и не понадобилось. Вскоре мой кузен задремал и я не беспокоил его, пока не закончил писать и рисовать.

Да, безусловно, мне пришлось разбудить его, но я сделал это так утонченно и деликатно, как обычно моя мама будила меня по утрам, чтобы я собирался в школу.

Эдвард оделся достаточно скромно и велел мне, сделать то же самое.

– В этом районе не любят чужаков, одетых излишне модно и вычурно. Вполне сойдет и твой обычный чатемский наряд.

Через десять минут мы уже сидели за столиком в прокуренном ресторанчике, который больше напоминал бар. Здесь была разношерстная публика. Моряки, торговцы, мелкие служащие и еще кто-то, чью профессию не определишь по одежде.

Было довольно шумно. Язык голландцев мне показался забавным, хотя и грубоватым. Месье Лемар, время от времени демонстрировавший самые изящные французские обороты речи, показался бы мне здесь в высшей степени любезным и обходительным человеком.