Человек-невидимка. Чудесное посещение

Это были очень крепкие башмаки, такие ему давно уже не попадались, но они оказались ему слишком велики; между тем старые башмаки его, вполне подходящие для сухой погоды, не годились для сырой, так как у них была слишком тонкая подошва. Мистер Марвел терпеть не мог свободной обуви, но он не выносил и сырости. Собственно говоря, он еще не установил, что ему неприятнее – просторная обувь или сырость, но день был погожий, других дел не предвиделось, и он решил поразмыслить. Поэтому он поставил на землю все четыре башмака, расположив их в виде живописной группы, и стал на них смотреть.

И глядя, как они стоят в траве, среди буйно разросшегося репейника, он вдруг решил, что обе пары очень безобразны. Он ничуть не удивился, услыхав позади себя чей-то голос.

– Как-никак обувь, – сказал Голос.

– Это – пожертвованная обувь, – сказал мистер Томас Марвел, склонив голову набок и с неудовольствием глядя на башмаки. – И я, черт возьми, не могу даже решить, которая пара безобразнее.

– Гм… – сказал Голос.

– Я носил обувь и похуже. По правде говоря, мне случалось обходиться и без обуви. Но таких наглых уродов, если можно так выразиться, я не носил никогда. Я давно уже подыскиваю себе башмаки, потому что мои мне осточертели. Крепкие они, что и говорить. Но человек, который постоянно находится на ногах, все время видит свои башмаки. И, поверите ли, сколько я ни старался, я во всей округе не мог достать другой обуви, кроме этой. Вы только взгляните! А ведь, вообще-то говоря, в этой местности обувь хорошая.

Уж такое мое счастье. Я уже лет десять ношу здешнюю обувь. И вот какую дрянь мне подсунули.

– Это отвратительная местность, – сказал Голос. – И народ здесь прескверный.

– Верно ведь? – сказал Томас Марвел. – Боже ты мой! Что за обувь! Чтоб она пропала!

С этими словами он через плечо покосился вправо, чтобы посмотреть на обувь своего собеседника и сравнить со своей, но, к величайшему его изумлению, там, где он ожидал увидеть пару башмаков, не оказалось ни башмаков, ни ног.

Он через плечо покосился влево, но и там не обнаружил ни башмаков, ни ног. Это ошеломило его.

– Где же вы? – спросил Томас Марвел, поворачиваясь на четвереньках.

Перед ним расстилалась холмистая пустыня, только далекие кусты вереска качались на ветру.

– Пьян я, что ли! – сказал Томас Марвел. – Померещилось мне? Или я сам с собой разговаривал? Что за черт.

– Не пугайтесь, – сказал Голос.