Удача Бурхарда Грэма

Моя собственная рука, пострадавшая от рапир во вчерашней драке, заживала медленней. Подумав о ране, обратил внимание: боль ушла, шрамы затянулись. Что это – чудо или ещё один выстрел в перегруженный мозг? На выстрел спустился лекарь. Волны белой туники подняли ветер у изголовья, разворошив дремоту внезапной свежестью.

– Сегодня вы совершили большой прыжок, мастер Грэм! Он поможет открыть новые возможности. Будьте осторожны, возможности бывают лживыми, как и многое в Домнундии.

– Так называется это место?

– Так вы назвали этот мир, который хранит прошлое и тянет к себе, стоит вам родиться за границами Бездны.

– О каких границах ты говоришь, какой Бездны?

– Трудно объяснить, – Корвус дрожал. – Нас принесли в жертву неизвестно какому богу и по каким правилам, разбросали по разным мирам. Это сделал друид со своими слугами. Ты выследил, где прячутся наши убийцы, назвал тот мир именем богини-демона, которая в нём правит.

– Но, как я сюда попал?! Как отсюда выбраться?!

– Как нам выбраться, Ренатус, – подчеркнул Корвус, – она тоже надеется на тебя.

– Кто? О ком ты говоришь?

– О нееееей! Которой ты клялся отдать все свои жизни, но вытащить из Бездны! – лекарь кричал громче горна, до боли в ушах. – Кстати, поздравляю, у вас новый друг. Вам повезло. Обычно, от их жертв не остаётся даже воспоминаний. Их называют псами Домнундии. Здесь с ними никто не общается, потому что их не слышат. Но, если подружиться, то преданней существа не найти ни вверху, ни внизу, ни за границами Бездны.

Сонные веки задребезжали. Демонические звуки, исходящие от жёсткого предмета в ухе, взрывали мозг. Зверодревы и армицефалы мстили за потревоженный сон, в рычании кружилась вселенная, а в ней кувыркался Доктор, каркая: «Просыпайтесь, мастер Грэм! На нас напали!».

Сработала армейская выучка: подскочил, нащупал в ухе подаренный мусор. Таракан крутился у ног, подскакивал цирковым пуделем, лаял по-своему, хотел сообщить новость.

– Чем ты обеспокоен? – прислушался: в пустоте мрачного холла гулял сквозняк.

Выйдя из терпения, Кардинал решился на отчаянный шаг, молнией вскарабкался по брюкам, прыгнул на сюртук, вырвал из рук подарок, приставил к уху.

– На нас напали, мастер Грэм! – прошелестел бархатный голос. Кардинал кричал изо всех сил. – Дверь открылась. Он там.

«А Корвус сказал: их никто не слышит».