Мятежные воины

А в тихом омуте черти водятся. Как бы какой слишком бдительный пенсионер из тех, что неплохо жил при коммунистах, не позвонил и не сообщил о подозрительных соседях. За шторы окон я не заглядывал.

– И что предъявит нам полиция? Мы подданные ее Величества Королевы Нидерландов Беатрикс. Ничего не нарушаем, документы в порядке. Какие к нам могут быть претензии? Засветимся? Да и черт с ним. Если придется еще работать в Чехии, найдем другой город. Или переберемся в Словакию.

– Я никогда не мог понять, почему Нидерланды больше называют Голландией? Даже сборную по футболу.

– Потому что Южная и Северная Голландия – две из двенадцати провинций Нидерландов, самые развитые провинции и самые известные за пределами еще с древних времен.

– Откуда ты это знаешь?

– В школе хорошо учился, в отличие от тебя. Но давай распаковывай баулы, продукты, пойло в холодильник, их в столовой два. Я в душ!

– О?кей! А если позвонит Рэм?

– Передашь трубку мне.

– Понял! Ну и что у нас за хата? – Корин обошел квартиру: – А что? Неплохо, я ожидал худшего, а тут и просторная гостиная, есть столовая, две спальни, лоджия, окна на две стороны.

– Ты делом займись, – крикнул ему из ванной Гротес.

Корин принялся раскладывать продукты и спиртное. Все купленное в супермаркете уместилось в двух холодильниках.

После главаря и его подельник принял душ.

Приехал Глен, доложил:

– Все в порядке, Барт, – он бросил на стол две пачки денег, – здесь двадцать тысяч за «Ниссан» и кроны.

– Как новая машина? – спросил Гротес.

– Пятилетка, но и выглядит, и идет превосходно. В мастерской, видно, с ней поработали.

– Документы?

– В порядке. Доверенность от Вацлава Гимана на меня.

– С парковкой проблем не возникло?

– А что, должны были возникнуть?

– Рэм, тебе не говорили, что отвечать вопросом на вопрос неприлично?

– С чего бы им возникнуть? Мест свободных хоть отбавляй, оформили все, как положено, оплатил за неделю и поставил неподалеку от выезда.

– О?кей! Душ примешь?

– Вечером.

– Хорошо. Настало время разделить деньги?

– О! – воскликнул Корин, – кто бы знал, как я люблю, когда получаю хорошие деньги.

Гротес положил кейс на стол в гостиной. Открыл его.

– Здесь один миллион евро. Делим так: каждому по триста тысяч, сто оставляем на общие текущие расходы, нам еще надлежит возвращаться домой.

Гротес разделил содержимое кейса.

– Пересчитайте, – указал он на пачки.

– Да ладно, не в первый раз, – отмахнулся Корин.