Кто с тобой рядом

Открыл банку с кофе и взял оттуда несколько ложек коричневого порошка, положил в воду, стал мешать. – Никак не могу отвыкнуть от этой гадости! Ещё со времён СССР запал мне в душу. Может, ностальгия по тем временам? Все в доме пьют натуральный, а я вот только такой кислый с молоком! Не хотите вспомнить молодость?

Алексеев покрутил головой, встал и вышел на зимнюю веранду, начал осматривать врезные шкафчики, помогать подчинённым.

Рыков согласно кивнул и присел за стол рядом, пододвинул к себе чашку, усмехнулся:

– Я тоже такой в юности любил, родители где-то доставали, но другого и не было!

– Да, много чего не было, много чего было, – согласился Ефимов, добавляя молоко в чашку и неторопливо помешивая.

Лола принесла печенье и скрылась на кухне.

Рыков решил поддержать разговор:

– Сколько вашему сыну?

– Скоро одиннадцать, – улыбнулся Ефимов, – хороший мальчик, добрый. Не представляю, как он будет жить в этой стране. Готов сделать для него всё что угодно.

Рыков пожал плечами:

– Повзрослеет, научится.

– Поменялись те, кто никого не любил, – возразил Александр.

– А вы любили? – с усмешкой спросил Рыков.

Ефимов усмехнулся.

– Намекаете? – откусил печенье и хлебнул кофе, с наслаждением пожевал. – Я много накосячил, но первый срок за оружие тянул. Видели, наверно, в сведениях? Так вот, я тот пистолет своего старшего брата на себя взял. Ему за повторное лет восемь грозило, а он уже тогда болел, с онкологией боролся.

– И как брат, поправился?

– Не совсем, но прожил ещё долго, недавно похоронили.

– Это не любовь, – отрезал Рыков. – Ты просто избавил преступника от заслуженного наказания, это неправильно и аморально.

Ефимов кивнул.

– Аморально? Да, избавил, потому что любил… А вы вот, товарищ подполковник, сможете своей свободой пожертвовать ради любимого человека?

Рыков вздохнул:

– За любимого человека сесть в тюрьму? Это смешно! Преступник должен отвечать за то, что совершил! И никакая любовь его спасти не может и не должна! А ты прекращай свои занзибарские уловки! Кто Марину убил?

Ефимов не ответил, покачал головой, спросил:

– Можно закурить?

– Да ради бога, – согласился Рыков, прихлёбывая кисловатый кофе.