Морские хищники

И только Шиманьчик не довел дело до конца. Он только ранил в плечо Габи Кёнинг.

Гозняк наорал на него:

– В чем дело, Бартош? Бабу пожалел?

– Нет, Каспер, она упала во время выстрела. Но я задел ее и сейчас добью.

– Стой на месте. Я разберусь с этой немецкой стервой. А ты передай команду Ларсону подогнать катер к яхте.

– Слушаюсь.

Шиманьчик вырвал из кармана рубашки радиостанцию. Гозняк же подошел к лежавшей и державшейся за руку Габи. В ее широко раскрытых глазах читались ужас и недоумение.

– Габи Кёнинг? – спросил ее Гозняк.

– Да… но кто вы… и что значит… господи… вы убили моего мужа.

Только сейчас несчастная женщина поняла, что произошло на берегу острова Демюрн.

Главарь банды усмехнулся:

– Не только мужа, но и команду вашей яхты.

– Но почему? За что? – закричала Габи.

– Заткнись, – в ответ крикнул Гозняк. – Почему, спрашиваешь, мы напали на вашу гребаную яхту? Я отвечу тебе. Потому, что за вас, за ваши жизни нам хорошо заплатили. Ну, а почему заказчик выбрал именно вас, вопрос не ко мне.

Вам не повезло. Так уж устроен мир: кто-то живет, кто-то умирает, чтобы хорошо жил другой.

– Не трогайте меня. Я жду ребенка.

Гозняк рассмеялся:

– Ты считаешь это весомой причиной, чтобы сохранить тебе жизнь?

– У нас пятнадцать лет не было детей.

– Да я плевать хотел, были у вас дети или нет. Забеременела ты наверняка не от своего мужа. Признайся, стерва, кто-то из соседей помог? Помоложе, покрепче твоего сопляка мужа?

– Не смей так говорить, подонок!

– Пасть закрой и помолись.

Ни твой муж, ни члены команды не получили такой возможности. У тебя, по доброте моей душевной, она есть.

– Подождите. У нас дома есть деньги. Ханс, господи, мой муж… он снял со счета крупную сумму.

Гозняк, заинтересовавшись, присел перед раненой женщиной:

– И что ты называешь крупной суммой?

– Шестьсот тысяч евро.

– Для чего он снял деньги со счета? И сколько у вас осталось средств в банке?

– Осталось около миллиона четырехсот тысяч евро. А снял деньги для того, чтобы купить недвижимость в Испании.

Ему подсказал его друг, практикующий подобные сделки, сам Ханс в этом ничего не смыслит… не смыслил.

– А ты, дорогуша, хочешь купить себе жизнь?

– Ребенку.

– Благое намерение. Но если торговаться, то на всю сумму, на два миллиона евро. По твоему требованию банки переведут деньги на другие счета?

– Должны, только я не знаю, как это делается.

– У вас есть свой финансовый агент?

– Да, герр Бор, Йожеф Бор.