День совка. Детектив поневоле

Неожиданно лохматый гопник выскочил на меня словно чёрт из табакерки. Толи я так сильно замечтался, толи само так сложилось, что он открыл дверь своего купе и тут же сделал шаг через порог, оказавшись, нос к носу со мной? Я даже почувствовал, как мой правый кулак рефлекторно сжался, готовя короткий удар снизу.

Ростом мы с этим парнем были схожим и наши взгляды встретились. Лично мне его нагловатая физиономия не рассказала ни о чём в отличие от того, что разглядел во мне он.

Всю его наносную спесь, словно рукой сняло, тело сгорбилось, и ноги сами занесли его обратно в купе.

Прежде чем закрыть за собой дверь он таки вознаградил меня одним единственным, но весьма веским словом:

– Виноват.

Но самое интересное произошло спустя пару секунд, когда я сам от себя такого не ожидая, приложил своё ухо к двери купе, предварительно осмотревшись по сторонам и убедившись в том, что меня никто в данный момент не видит.

За это действие судьба наградила меня вовремя услышанными фразами:

– Это «Сыч».

Гадом буду, – гнусаво прошипел заскочивший в купе гопник своим подельникам.

– Не гони, – отозвался другой голос, – Чего ему тут делать то?

– Зуб даю, – не унимался первый, – Я его карточку один в один срисовать успел.

– А я говорил вам тогда, что его валить надо, – этот голос прозвучал особенно злобно.

Возле купе проводника кто-то замаячил, и я тут же отринул от двери и продолжил свой путь, как ни в чём не бывало. Это была очаровательная пассажирка, которая закончила свой моцион в другой кабинке и возвращалась на своё место.

Наши взгляды встретились на какое-то мгновение, но и этого было достаточно, чтобы почувствовать восхищение в её разом изменившемся взгляде. Она вошла в своё купе, оставив дверь не закрытой.

Обычная пассажирка, едущая по своим делам, меня же в данный момент волновала куда больше другая новость: если поддатая компания гопников, возможно связанных с криминалом, знает меня в лицо, то это для меня хорошо или плохо?

На шее у этого гопника было тату не похожее на новомодные узоры.

Я разглядел лишь его часть, но набито оно, скорее всего на зоне, ведь обычные люди в восьмидесятые, не часто грешили подобной красотой.

Возможно, они ездили в Ленинград развеяться и спустить немного денег и сегодня всю ночь «гудели» в этом купе. По крайней мере, об этом отчётливо говорил «перегар» этого парня. Но что мне всё это даёт? С этими мыслями я вернулся на своё место.