Будет больно, приятель!

Сергей шумно вздохнул, глядя на очередную коробку с сыром, сосчитанную и отброшенную инспектором в сторону:

– Сука, столько продуктов пропадет! Могли бы бедным раздать…

– Ну они же без документов. Отравится человек, с кого потом спрашивать? – меланхолично отозвался Даниил.

– Мы же с тобой понимаем, что продукты нормальные. Коммерсанты себе не враги говном торговать.

– Я понял намек. Через полчасика отойду покурить, можете отовариться, – Даниила и самого коробило, что столько хороших продуктов уйдет в печку.

– Да не в этом дело, – жарко воскликнул Сергей (хотя очевидно, что и в этом тоже). – Ну хочешь ты наказать Европу – введи запретительные пошлины на эти товары. Хоть в сто, хоть в двести процентов от стоимости.

– Это правда. Тем, кто пармезан с хамоном ест на завтрак, не важно, сколько они стоят, заплатят и тройную цену.

– Вот и я про это. Средний класс все равно это по таким ценам покупать не будет, и задача решена – резко снизим импорт из Европы. Но целая отрасль рынка декриминализуется, – Сергей проявлял стратегическое мышление.

– Так еще бы импортозамещение работало! Помнишь, месяц назад на мясокомбинате шпик немецкий изымали?

– Ну да. Три морских контейнера из Гамбурга. Снаружи как обычные выглядят, а внутри – в термосы переделанные, – Коровин запустил пятерню в ершик волос, словно забыл, что давно состриг длинную челку.

– Да, эти. Я с директором комбината тогда пообщался. Говорит, в России не умеют такой шпик делать. И ему колбасную линию то ли продавать надо, то ли переделывать под наше сало.

– Надо эти санкции заканчивать, – решительно объявил Сергей.

– Ну да. И Батьку лишим доходов. А то у нас Беларусь – родина креветок и авокадо, – поддакнул Даниил.

– Да… Дня не проходит, чтобы на белорусском направлении не хлопнули чего-то. Одни ловят, другие убегают. Тусовка, мать его! – взгляд Коровина стал свинцовым.

– Ну так иди в Госдуму, наладь там все! Все, я – курить, – Смирнов вышел на улицу размять конечности.

Смотреть там было не на что. Очевидно, при советской власти в промзоне было какое-то производство, судя по количеству труб и емкостей, – связанное с химией. Царила обстановка абсолютного запустения, хотя кое-где были припаркованы приличные машины. Даниил дошел до проходной, где собровец как раз тормознул «газель» на выезде.

– Чего тут у вас?

– Да вот, выезжать собрался – документов нет. Говорит, пустой. Думаю, вдруг от вас убегает, – отозвался боец.