Полнолуние

Но поверьте теперь мне, всему есть цена, – холодно ответила Ансара наконец вставая и одевая на холёные руки тонкие кожаные перчатки. В этот момент дверь распахнулась, в кабинет вбежала одетая в шерстяную тунику похожая на Готварда девочка лет двенадцати, что смутилась, увидев незнакомку. Она хотела было выйти, но дошедшая до двери вечная вдова схватила её за руку: – Останьтесь, юная леди, я уже ухожу, – добавив, повернувшись в дверях к бургомистру, успевшему к этому моменту взять себя в руки: – Я остановилась в «Морском окуне», если передумаете, найдёте меня там – я буду в городе до завтра.

Около полудня следующего дня сопровождавший леди Кларк слуга подняв небольшой багаж готов, был идти на выход, освобождая комнату в постоялом дворе, когда внутрь буквально влетел с багровым от охватившего его гнева лицом лорд Говард.

– Что сделала мразь, с моей дочерью! – проревел он, стараясь схватить Ансару за шею, но та встала так, что между ними оказался большой круглый стол с прибитыми к полу ножками.

– Держите себя в руках! – воскликнула она. – Чтобы не случилось, я не имею к этому отношения, мы едва знакомы и у меня нет повода вредить ей!

– Ты схватила её вчера за руку, а сейчас она умирает. У тебя нет чести, если ты так решила свести со мной счёты! Не вмешивай моих детей в свои дела!

– Скажите об этом моей мёртвой дочери, милорд, которую Вы сгноили в сырых казематах. Повторяю, я не имею к этому отношения.

– Лживая тварь, я не верю ни единому твоему слову! – бургомистр выхватил меч и неминуемо убил бы миледи, если бы вбежавшая стража не оттащила его от стола, за которым продолжала прятаться женщина, теперь почувствовавшая себя в безопасности.

– Я уже всё сказал, – прорычал удерживаемый стражниками от самосуда Илайя. – Моя дочь умирает и молите Бога, чтобы она была ещё жива, ибо в ином случае я уничтожу Вас, где бы Вы, не прятались.

– Мне нужно увидеть её – Ваши слова ничего не объясняют, – заявила женщина, приходя в себя. Нервное потрясение пережитых мгновений, когда жизнь висела на волоске, заставили пальцы её мелко дрожать, а кожу лица сделали мертвенно бледной. – Да, я взяла её вчера за руку, без какого-то дурного умысла, но болезнь уже была в ней.

В доме Готварда не дожидаясь смерти несчастной, готовились к предстоящим похоронам.