Звезда

Определив намётанным глазом точку удара, палач поднял меч молниеносным движением, неожиданным для его комплекции и обрушил сталь вниз. В звенящей тишине, установившейся на площади в это мгновение, было слышно, как с рассекающим плоть звуком, булькая разрубленным горлом, голова с глухим звуком упала на помост. Одной рукой держа меч, палач второю за волосы поднял её и небрежно, словно тыкву бросил в приготовленную ивовую корзину. Помощники в это время оттащили в сторону уже затихшее, брызжущее кровью тело, вытаскивая из клетки новую жертву.

Кто-то упирался, изрыгая проклятия, кто шел, покорно впав в каталептический ступор, кто плакал, умоляя его пощадить, цепляясь за прутья клетки. Через недолгое время всё было кончено и пять обезглавленных трупов, с расплывшимся пятном мочи на промежности холстинных штанов лежали на помосте. Пришла очередь кузнеца. Вспотевшие подручные Мастера Ноэма хотели было вытащить его, но он вышел сам. Пока положив на помосте, его растянутые в стороны руки и ноги привязывали к вбитым крючьям, он успел крикнуть: – Прощайте братья! В том, что сделано, нет нашей вины, виновен тот, кто смотрит сейчас…, – но палач, не дав договорить, незаметным с площади ударом пронзил его сердце, прошептав на ухо: – Упокойся с миром.

Осмотрев свой жуткий арсенал, Мастер Ноэм выбрал топор на длинной ручке с огромным полукруглым лезвием. Над помостом, разносясь вокруг, стоял пряный тошнотворный запах крови, человеческих испражнений и пота усердствующих палачей.

Кого-то рвало под ноги стоящих вплотную людей, кто-то отворачивался и уходил, стирая слезу, но были и те, кто выказывал явное одобрение происходящему. Палач, как главное действующее лицо не спешил, ощущая прикованное к себе внимание, это был его день и он, похоже, наслаждался каждым его мгновением.

Блеснув лезвием, топор поднялся верх и опустился с чавкающим звуком, отсекая нижнюю конечность, это было своего рода высшее мастерство с одного удара отрубить берцовую кость взрослого человека.

Но Мастер Ноэм обладал таким умением и, ловя на себе полные ужаса взгляды, раз за разом поднимал свое страшное орудие.

– Пожалуй, смотреть больше не на что, – произнёс Уран, обращаясь к послам своего брата. – Пришла пора обсудить незаконченное дело.

– Вы считаете, это было обязательным? – спросил его старший из этой группы, убелённый сединами худощавый мужчина с болезненным румянцем на бледном лице следуя за принцем в его покои.