Календарь

Снова полдня в Горотделе, где опять встретил о чём-то разговаривающего с коллегами Гаишника:

– Слушай капитан, – спросил он, отставая от Выборского, сумевшего каким-то чудом не растерять после произошедшего свой вальяжный вид. Или он чертовски хорошо умел владеть собой или же смерть начальника строительства ни как не задела его душевных чувств. – Сегодня на мосту у автовокзала авария может быть, буквально в течение получаса. Присмотри за КАМАЗом, у него что-то с тормозами. Номер не помню, красный самосвал.

– Это там где четыре трупа? Так она была уже два дня назад, – мрачнея, заметил один из собеседников, с лейтенантскими погонами.

– Как четыре? – опешив, прошептал Шамко, ощущая, что ноги его становятся ватными, а тело пустым и холодным, словно лежащий на земле снег. – Там же вроде обычная авария, без жертв. И как два дня? Этого же не может быть!

– Вроде, – передразнил его лейтенант. – Камазист и трое из «Жигулей». Мать, отец и малолетняя девочка, все насмерть.

 – Если знал, что КАМАЗ не исправен, почему раньше не сказал?

– Ка-а-ак? – прошипел Андрей, едва не задохнувшись, словно разучившись дышать.

– Вы родственник? – сухо спросил его капитан, пресекая разговоры. Андрей за эти дни в пятнице тринадцатого испытывал к гаишнику уже почти дружеские чувства, тот же видел его каждый день впервые. – Нет? Тогда проходите мужчина. Вас кажется, ждут.

– Ну чего ты застрял? – просил его адвокат, поджидая у дверей.

Люди здоровались с ним, лишь мельком глядя на Шамко, но тот был слишком опустошён всем произошедшим, чтобы обращать на это внимания. Он словно в прострации шёл за Виленом Юрьевичем, ощущая на себе вину за смерть пяти человек. Ведь если бы он не вмешался, решив всё исправить, осталось бы, так как было, а так стало только хуже, и он не знал, как теперь это всё остановить.

– Неважно выглядишь, возьми до понедельника выходной. Не думаю, что ты мог что-то сегодня изменить, но как ты понял, что трос порвался? Ведь ты, зачем-то начав, пятится, вообще не смотрел вверх? – спросил его вдруг Выборский, спускаясь по ступеням к своему автомобилю, наконец, выходя из полиции.

Всё происходило ровно, так же как и вчера, за одним лишь исключением.

– Не знаю, всё сейчас как в тумане, – ответил Шамко, затравленно глядя на шефа.

– Могу подвезти, если ты сейчас домой, смотрю без машины, – предложил адвокат, щёлкая пультом.