Лжедмитрий. Царская плаха

Весть о смерти стрелецкого сотника дошла до Галича через неделю, когда Богдана Отрепьева уже похоронили. Варвара Отрепьева собралась в Москву. Юрий напросился вместе с ней. Василий оставался под присмотром няньки, нанятой на время. Варвара ехала проведать могилу мужа и получить в приказе бумагу о его смерти. Она имела право на пособия и льготы.

К началу июня мать и сын приехали в Москву. Они шли по площади, забитой народом.

Молодой человек в простой одежде едва не столкнулся с Варварой, еле успел отпрянуть в сторону.

Женщина от неожиданности вскрикнула. Сын встал перед ней. Мальчишка был готов защитить мать.

Молодой человек вдруг побледнел и пробормотав:

– Царевич? Господи, спаси и сохрани! Как же это?..

– Ты чего несешь-то? – придя в себя, спросила Варвара. – Какой еще царевич? Отрепьевы мы из Галича. Батюшка наш Богдан помер тут.

– Да, конечно. Обознался я, виноват, простите. – Молодой человек скрылся с глаз.

Варвара лишь пожала плечами, а вот Юрий же запомнил эту встречу.

Молодой человек выждал за углом некоторое время и пошел следом за ними.

В доме князя Ивана Дмитриевича Харламова, стоявшем на Якиманке, в данный момент гостил Иван Петрович Губанов, служивший царским наместником в Новгороде. Он обладал тем же высоким титулом. Князья видели, что Борис Годунов узурпировал власть. Они симпатизировали Романовым, считали их законными наследниками русского престола после гибели царевича Дмитрия.

Хозяин дома и гость позавтракали и перешли в большую горницу, где устроились в деревянных креслах, покрытых красной яркой материей.

– Так ты, Иван Петрович, говоришь, что и тебя не обошло следствие по Угличскому делу? – спросил Харламов.

– Не обошло. Мария Федоровна собиралась бежать в Новгород вместе с семьей. Я обещал помочь, потому как понимал, что Дмитрий стоит на пути Годунова к престолу и тот готов его извести. В июне Нагие с царевичем должны были уйти из Углича.

– А чего с ним?

– Мария Федоровна считала небезопасным оставаться в России, просила меня договориться о предоставлении ей убежища в Польше или Литве. Она надеялась вылечить там сына от черной немочи. Но как все вышло, ты и сам знаешь.

– Знаю и считаю, что выводы князя Шуйского не соответствуют действительности.