«Убийца Сталина» и другие истории. Рассказы

 – И в чём заключается эта неприятная новость?

– Мне диагностировали онкологию или, как она там называется, рак.

Настя, охнув, закрыла рот руками, глаза её ещё больше расширились.

– Как так? – Спросила она, добавив. – Чего делать теперь будешь? Кошма-ар!

– Чего делать? Странный вопрос. – Удивился Михаил Юрьевич. – Попытаюсь лечиться, но шансов, говорят, мало.

– Да, да, – закивала головой Настасья, – ты лечись, конечно, Мишенька. А то как же я без тебя-то?

– Я вот тут подумал, Настасьюшка. Может, помнишь, что ты мне всё время говорила, что ребёнка от меня хочешь?

– Я-а? – Удивлённо протянула Анастасия.

Придя в замешательство от того, что его женщина, в любовной истоме шептавшая ему на ухо о страстном желании иметь от него «махонькую такую лялечку, лялюсика», сейчас наличие такого желания категорически отрицает, Михаил Юрьевич прокашлялся, чтобы скрыть своё волнение.

– Так ты же мне каждый раз почти говорила, что хочешь ребёнка от меня.

– Ой, ну да, вспоминаю. – Как будто отмахиваясь от назойливой мухи сказала Настасья.

– Я тут вот просто подумал. Может, я бы оставил тебе ребёнка, так сказать.

– Чего? – Взвилась Анастасия. – Какого ещё ребёнка?

– Ну, вот о котором ты мне говорила. – Все больше смущаясь, говорил Михаил Юрьевич. – Мы бы с тобой, как я маленько подуспокоюсь после такого удара.

– Не поняла. Ты что, предлагаешь мне стать счастливой матерью?

– Вроде того. – Обрадовавшись, что до его зазнобы дошла, наконец, суть разговора, сказал Михаил Юрьевич.

– Ты больной, что ли? – Спросила Анастасия. Затем, осёкшись, продолжила. – Ой, прости. Да ты в своём уме? На что он мне, этот ребёнок твой?

– Да ты не беспокойся, Насть, я тебе обеспечу безбедное существование с ребёнком.

Настя вскочила со стула и начала нервно ходить по кухне.

– Вы, мужики, наверное, до старости так и остаётесь придурковатыми пуберами, которые спят и видят, как они одаряют своим семенем женскую половину человечества! На чёрта мне твой ребенок? Мне ребёнок этот нужен был, чтобы ты ушёл от своей дуры «Ленки – уши спаниэля» или как ты её ещё там называешь.

Она резко остановилась. Налив себе стакан воды из кувшина, она опрокинула воду себе в рот, после чего продолжила, всё распаляясь.

– Тебе сколько там жить осталось? Я тут, значит, ребёнка этого воспитывай, корми, пока ты отлёживаться в прохладе будешь, да?

Михаил Юрьевич встал и подошёл к Анастасии.