Хранитель подземелий

Поведайте нам, что из себя представляет наставник, ваше сборище, чего ради оно вообще существует?

– Мы бы сказали, – ответил ему гуманоид с плавниками на голове и покрытый синеватой чешуей, похожий то ли на рыбу, то ли на земноводную рептилию, – но наставник просил нас не говорить ничего на этом вечере. Он хотел все раскрыть сам.

– Чем больше я слышу об этом вашем наставнике, тем меньше ему доверяю, – сказала Карен, поежившись, будто она тут же усомнилась в уместности своих слов.

– Зря вы так, – сказала Юки, – если бы не этот человек, нас с братом, может, уже и не было бы.

Карен, Хельд и равшар Гранаш переглянулись:

– Да вот, некоторых из присутствующих мы уже видали в таверне недавно, – сказала Карен.

– Что там, мы лишь только сняли комнаты, а я, например, даже обойти деревню не успел, что же за напасть!

– Подожди, Сангельс, – одернула Юкиара брата, – это прекрасно! Значит, знакомиться будет легче. Ведь некоторых наружность моих друзей, скажем так, может несколько ввести в ступор, – на нее покосился дородный мускулистый равшар с обломанными рогами, покрытый шрамами и с клеймом на лбу, и Юки помотала головой и воскликнула, – нет-нет, я имела в виду другое, вы все красавчики, особенно ты! – она похлопала равшара по спине, – но у них оружия столько, что хватило бы на целый арсенал.

– Не благодарите, – сказал рыбоголовый скиарл, носивший, как это ни странно для его расы, увеличительные стёкла в стальной оправе, которые держались на кожаном ремне, руки и торс его были обмотаны тяжелой цепью, а из рукавов высовывались кончики лезвий, – я Хьерген, местный оружейник, создаю оружие, проектирую, чиню, делаю все, что могу.

– В основном он его банально латает, – усмехнулся бородатый человек с топором.

Он действительно выглядел, как старик, причем, не любящий за собой ухаживать. Борода его была спутанной, в ней виднелись какие-то крошки или даже насекомые, на лысине его уже проступили пятна запекшейся крови, что еще больше старило этого человека, если не считать морщинистого лица и щербатости. Многих зубов ему недоставало, а те, что еще имелись, были кривыми и практически гнилыми.