Продавец приключений

Меня зовут Аала… Но между прочим, я не завожу знакомства на улице, я девушка воспитанная, – говорит моя красавица.

Понял я, что ещё минута и мой бес опошлит всё. Тогда я бросаюсь на колено перед прекрасной Аалой, немножко испугав её, с грохотом протягиваю свой меч и говорю:

– О несравненная Аала! Позвольте считать себя вашим рыцарем! Я буду совершать великие подвиги в вашу честь, прославляя ваше нежное имя.

– Даже и не знаю, что сказать, – отвечает она. – Меня смущает то, что у вас всего одна голова. Это не мой идеал.

– Вы меня не так поняли, – объясняю ей кротко. – Я не жених, а рыцарь.

– Разве что так, – говорит несравненная Аала. – Прославляйте, если уж так вам хочется. Лично-то мне это ни к чему. Мне бы только сдать экзамены за первый семестр.

– Это всё, что мне от вас нужно. Ваше согласие. Чтобы всё было по закону, – говорю я, поднимаюсь и вкладываю в ножны меч. – Теперь прощайте! О подвигах в вашу честь вам расскажет людская молва.

Приобрёл я одноместную ракету и, назвав её «Савраской» в память о своём незабвенном коне, пустился совершать великие подвиги.

Петенька хотел было возразить, что драконы существуют только в сказках. Но великий астронавт, конечно же, догадался об этом и приложил палец к губам.

– Друзья! Если вам ненароком повстречается какое-нибудь чудовище, дайте мне знать, – закончил рыцарь Джон торжественно.

– Копьё готово, – доложил добросовестный Кузьма.

– Тогда мы как… наверно, начнём? Мне идти готовиться? – спросил рыцарь Джон, чувствуя себя неловко перед своими новыми друзьями.

– Вам ведь всё равно не поладить. Вы оба у меня твёрдые точно камень, – сказал командир, одновременно сожалея об этом и гордясь своими товарищами.

– Петенька! – произнесла Марина. – Пока вы ещё не нашли свою даму сердца, можно, я немножечко побуду в её роли?

– О Марина! Если вам не будет скучно, – только и вымолвил Петенька, засияв.

Он опустился перед ней на колено, как это делают в рыцарских романах, а Марина сняла с шеи косынку, повязала Петеньке выше локтя, тем самым благословляя его на подвиги.

– Величественная картина! – заметил командир, и голос его потеплел. – Меня утешает одно, – сказал он далее, – что поединок с рыцарем Джоном – завидная честь для путешественника.