Продавец приключений

Едва взошло солнце, как меня разбудило смутное предчувствие чего-то неизвестного, которое сегодня не даст мне поспать хорошенько.

Но дело в том, что вашего покорного слугу не так-то легко поймать на мистическую удочку. Я, человек бывалый, верящий только в реальные факты, повернулся на другой бок и упрямо закрыл глаза.

– Вставай, вставай, лежебока! Ты даже не представляешь, что ожидает тебя в ближайшие минуты, – сказал мне внутренний голос.

– Ради бога, дай поспать. И кстати, я перевидел всё, меня уже ничем не удивишь, – буркнул я, ещё крепче смежая веки.

Мой ответ поразит вас скромностью, если я открою, что почти полсотни лет проплавал юнгой на линии Новороссийск – Туапсе. Предвидя вашу улыбку, скажу следующее: я мог бы закончить службу даже капитаном лихого теплохода, пожелай этого. Но мне не хотелось расставаться с должностью юнги. Если вы хоть мало-мальски знакомы с приключенческой литературой, то, без сомнений, догадались, в чём дело. Ну конечно же: львиная доля всех происшествий всегда выпадает на долю юнги.

А меня хоть хлебом не корми, дай только окунуться в какое-нибудь увлекательное приключение.

Ну так вот, притворился я спящим и даже захрапел потихоньку. Но настырный голос был неумолим, заладив своё. Поняв, что в это утро спать мне не придётся, я вылез из постели и сказал:

– Ладно, ладно. Только отвяжись.

Одевшись и кое-как сполоснув лицо под умывальником, я вышел на улицу, огляделся и, как и следовало ожидать, не нашёл ничего такого, из-за чего бы стоило жертвовать сном, который по утрам особенно сладок.

– Может, я не видел козу, что с утра до темноты щиплет траву в канаве? Или как тётка несёт парное молоко? – спросил я сердито.

– Не спеши, – возразил внутренний голос. – Может, это за углом.

Я завернул за соседний участок, остановился.

– А пройти ещё метров двадцать ты не в силах? – произнёс внутренний голос, немного раздражаясь.

Через сотню метров он напомнил:

– Я и в самом деле сказал – метров двадцать, но нельзя же понимать так буквально!

Я послушал его и на этот раз и направился в дачный парк.

Парк был разбит на берегу пруда, и меня, как бывшего моряка, вполне естественно потянуло на пруд. В парке было безлюдно, потому что на весь посёлок не нашлось другого простофили, который бы в такую рань поверил чепухе, что несёт его вздорный внутренний голос.

Однако стариковское зрение провело меня поначалу. Возле карусели слонялся ещё один чудак.