Охотники за ФАУ

С ним были радистка с рацией и автоматчик.

Баженов доложил о задании. Подполковник Синичкин – худощавый, слегка сутулый – своей невнятной скороговоркой сообщил, что противник откатывается, подготовленных рубежей у него нет, попытка задержать наши части успеха не имеет. Наши части устали, но стремятся к Днепру, чтобы не дать уйти живой силе противника. На отдельных участках, вне дорог, наши части ушли дальше противника. Где наши, где фрицы – не сразу разберешься. Он, Синичкин, поехал было вперед по дороге, но в трех километрах отсюда его обстреляли из леса.

Подполковник показал на карте, где это случилось. Пусть лейтенант Баженов продолжает выполнять задание, уточнит обстановку и радирует ему. Он останется здесь, чтобы обеспечить бесперебойную связь на дальних расстояниях.

Лейтенант Баженов возразил было, что начштаба приказал ему радировать прямо в штаб. Подполковник рассердился и повторил свое приказание: радировать только ему; он запрещает лейтенанту вступать в пререкания. Может, у журналистов дискуссии и приняты, но в войсках запрещены.

Баженов стал мучительно соображать – как же подполковник Синичкин собирается координировать действия частей, не имея с ними связи, не зная обстановки? А не боится ли попросту подполковник ехать вперед? Или, быть может, он не имеет права рисковать?..

«Ну, черт с тобой! – подумал он. – Придется, видимо, дублировать донесения: и тебе, и в штаб». А вслух он отчеканил уставное «разрешите выполнять?» и, получив разрешение, поехал дальше.

Теперь карта лежала на коленях у Баженова, а в руках он сжимал автомат. Он то и дело передвигал хомутик прицельной рамки в зависимости от объекта, где он предполагал врага. Офицеры в машине были предупреждены. Автоматчик стоял на левой подножке, следил за воздухом.

На подъезде к лесу и в лесу их не обстреливали. Поехали полем, перелесками. Перед крутым холмом, точнее – грядой, в которой была проложена дорога, стояло три машины, впереди – грузовая, за ней две санитарные. Рядом толпились шоферы, два офицера, санитарки.

Поравнявшись, Баженов велел остановиться и спросил, из-за чего задержка. Подошел коренастый пожилой старшина. Оказалось, они остерегаются ехать дальше, так как на обочинах не видно вынутых немецких мин. Непонятно: то ли дорога не минирована, то ли не успели разминировать?

– Но ведь части, повозки, артиллерия – прошли, – заметил Баженов. Подошли офицеры.

– Лошади не машины! – заметил врач майор. Остальные молчали.