Джура

Пригибаясь, басмачи быстро бежали к зарослям, где должен был находиться Козубай с бойцами, и никто в них не стрелял.

– Убегают, убегают! – в отчаянии шептали сзади мальчишки.

Вне себя от ярости, забыв о приказе Козубая, Ивашко вскочил и метнул во врагов гранату. Зеленоватый дым от гранаты не успел еще разойтись, как он опустился на одно колено и начал стрелять по басмачам из винтовки. Молодые шахтеры не отставали от него. Басмачи, не отстреливаясь, резко повернули от них в сторону, рассыпались и побежали во весь рост.

И тогда из дальних зарослей, куда вначале направлялись басмачи, послышались частые выстрелы. Юрий, потный и разгоряченный, забыв обо всем на свете, побежал за басмачами, стреляя на ходу.

А из дальних зарослей скакали к Ивашко всадники.

– Упустил! – сердито крикнул Козубай, проносясь мимо юноши на коне к тому месту, где, согласно его приказу, должен был находиться Ивашко и где теперь виднелись удиравшие басмачи. Позже выяснилось, что Тагай все же прорвался мимо тополей в горы, использовав оплошность Юрия, принявшего басмаческих разведчиков за их основной отряд.

– Я арестую тебя! Где твои глаза были! – кричал взбешенный Козубай, возвратившись к шахтам на взмыленной лошади. – Правильно говорил Максимов: услужливый дурак опаснее врага! И как я, старый, стреляный волк, мог так ошибиться в человеке? Ведь от тебя требовалось немного – быть на своем посту и выполнить приказ. Ну что я теперь скажу Максимову? Эх я, синий осел! – И Козубай в сердцах ударил себя кулаком по лбу.

– Я ведь хотел, чтобы лучше было… – начал было оправдываться молодой геолог, но, поняв по выражению лица Козубая, что все это пустые и ненужные слова, сказал: – Что я должен сделать, чтобы исправить ошибку? – И быстро добавил: – Попов разрешил мне принять участие в операции и не ограничил временем… Клянусь, я поймаю Тагая, чего бы мне это ни стоило! Скажи, что я должен сделать?

Козубай кусал губы, и черные усики его сердито шевелились:

– Да ведь ты мест не знаешь!

– Я знаю Исфайрамское ущелье.

– Исфайрам? Сделаем так: поедут два комсомольца-шахтера и два моих бойца. Командовать будешь ты, Гафиз, – обратился Козубай к худощавому бойцу-киргизу, сидевшему на вороном коне. – Поедете по Исфайрамскому ущелью вверх, к Каменному перевалу. Два дня пути, если не спешить, но вы спешите. Там, Гафиз, и засядешь. Исфайрамское ущелье – горная дорога в Дараут-Курган. Есть и другие.