Джура

Возможно также, что, решив отказаться от всякой борьбы с советской властью, Хамид боится мести своих заграничных хозяев и поэтому не желает возвращаться за границу. Или появление Хамида с повинной – только маневр, чтобы весной снова организовать банду, а зимой Хамид попытается наладить связь с врагами советской власти – националистами – и, в частности, с тем, который был у Максимова на подозрении?…

Он наизусть помнил слова генерала Малессона, члена английской военной миссии в Средней Азии: «У меня было несколько прекраснейших офицеров, говоривших на нескольких языках, были агенты на расстоянии тысячи миль, даже в правительственных учреждениях большевиков, был контингент людей, постоянно разъезжающих в местностях, которые я считал важными.

Едва ли был хотя бы один поезд по Среднеазиатской железной дороге, в котором не было бы нашего агента и не было ни одного значительного пункта, где бы не было двух-трех наших людей. Когда мы начинали, у нас не было ни одного агента, а окончили с большой организацией». А ведь выловили не всех.

– Не гони так, товарищ Максимов, кони в мыле, – сказал начальник милиции, молодой исполнительный Шарафутдинов.

Всадники переехали реку. Из далекого кишлака донесся сиплый лай собак. Максимов остановил лошадь.

– Шарафутдинов! – тихо позвал он. – Шарафутдинов, возьми двух бойцов. Узнай, в чем дело. В кишлак не въезжайте. Пустите в разведку Рахима: он способный малый. Действуйте.

Группа уехала. Максимов с бойцами стоял на месте минут двадцать.

Лошади нетерпеливо фыркали. Максимову не давала покоя мысль: жив Хамид или нет?…

Вдруг тишину ночи разорвал выстрел, за ним последовал второй, третий.

– Вперед! – крикнул Максимов.

Конная группа быстро мчалась по дороге. Из темноты показался всадник.

– Тысячеглазый, это я! – услышал он возбужденный шепот Рахима. – У кишлака дерутся две группы басмачей. Одни обороняются, другие нападают.

Ветви кустов на обочине дороги зашумели.

Все навели туда оружие.

– Кто там?

– Начальник, – послышался голос, – я председатель колхоза «Свет зари». Тагай с басмачами везет Хамида не в горы, а по нашим садам, к Кызыл-Кие. Я их сам видел. Наверно, думают обмануть погоню, чтобы потом свернуть в горы.

– Проще всего, рассыпавшись цепью, прочесать сады в направлении Кызыл-Кии, но тогда басмачи, заметив погоню, прирежут Хамида, чтобы он не попал нам в руки, – высказал Максимов свою мысль.