Голубой пакет

Не допускаю мысли, чтобы он начал сеанс на неисправной рации, а если и начал, то предупредил бы нас. Тут что-то другое.

Дмитриевский промолчал. Ему нечего было возразить.

– Вы не теряете надежды, что связь возобновится? – спросил его Бакланов.

Капитан кивнул.

– Хм… Я хочу тоже верить в это, – проговорил Бакланов. – Ну, а если не возобновится? – Бакланов вновь взял телеграмму и прочел вслух: – «Предлагаем два варианта. Первый: высылайте человека по известным явкам…» Две возможности, – повторил он. – И возможно, что во второй шла речь о присылке самолета… Какая досада!.

.

– Это был бы самый желательный вариант, – подхватил Дмитриевский.

– Но сейчас совершенно невозможный, – заметил Бакланов. – О посылке самолета мы договориться без связи не сможем. – И он покачал головой. – Нужно же такому случиться?

Бакланов бросил телеграмму, подошел к карте и всмотрелся в нее.

– И что вы все-таки предлагаете? – обратился он, не оборачиваясь, к Дмитриевскому.

– Ждать утра, товарищ гвардии полковник, – последовал ответ.

 – По условиям связи в шесть утра контрольно-проверочный сеанс, обмен позывными и только. Возможно, корреспондент выйдет…

– А если не выйдет, товарищ гвардии капитан? – прервал его Бакланов, не меняя позы и продолжая рассматривать что-то на карте. – Не выйдет ни в шесть, ни в семь, ни завтра, ни послезавтра. Тогда что, я вас спрашиваю?

– Вы не дали мне докончить, – сказал Дмит-риевский.

– Прошу! – произнес Бакланов и резко повернулся. – Ради бога!

– Ждать утра и одновременно готовить к посылке человека, – отчеканил капитан.

– Вот! Правильно! – одобрил Бакланов. – Готовить. И с таким расчетом, чтобы сегодня же ночью выбросить. Дело архисрочное. Кто у нас свободен?

– Свободны трое, но послать придется Туманову, – ответил капитан.

Полковник едва заметно усмехнулся и внимательно посмотрел на капитана своими умными прищуренными глазами.

Дмитриевский вспыхнул, и кровь прилила к его лицу.

Работая полтора года с Дмитриевским, полковник знал, что капитан далеко не безразличен к разведчице.

Их обоих соединяло хорошее, молодое чувство. И оба скрывали друг от друга то, что совсем нетрудно было заметить окружающим. Вместе с Тумановой капитан дважды был в тылу врага. Знал Бакланов и то, что, когда на карту ставятся интересы дела и речь заходит о Тумановой, капитан всегда старательно подчеркивал свою объективность. Случалось, он даже строже относился к Тумановой, чем к другим.