Кровь на Дону

– А с бородой-то что? Где половину потерял, что и узнать трудно?

– Так это в стане у Астрахани потешно с ногаем одним схлестнулся в бою кулачном, – рассмеялся ратник. – Я его разделал как следует, а он, басурман, неуступчивый оказался. Падая, вцепился зубами в бороду и клок вырвал. Но ничего, новая отрастет борода.

– Ты с кем пришел?

– Так отряд в два десятка в овраге.

– Два десятка, говоришь? – Дмитрий бросил грозный взгляд на татарина, и тот потупился.

– Ты дозорного своего не вини, мы ночью, в дождь подошли, – вступился за него Некрасов.

– Десятки так и будешь в овраге держать? – усмехнулся князь

– Нет, если дозволишь, в крепость заведу, людям отдых требуется, от самой Астрахани шли. А это двенадцать дней, семьсот верст с гаком.

– Тебе князь передал, что должно нам делать?

– Пошто передавать? Тут он.

– Как это тут? – удивился Савельев.

– Да в овраге, с ним и чин какой-то казацкий, оттого два десятка, один – охрана князя, другой – казацкого.

– Так чего ж ты сразу не сказал?

– Не дошло до того.

– Давай подавай сигнал, чтобы князь с десятками выходили к крепости.

– Угу! – кивнул Фрол, повернулся к оврагу и махнул дважды рукой.

Из него начали выходить ратники, казаки, но осторожно, не всем скопом, а по двое, по трое. Впереди – именитый воевода Петр Семенович Серебряный-Оболенский, рядом с ним казак в дорогой одежде, а за их спинами – двое ратников.

– Беги, Рустам, в цитадель, – приказал служивому татарину Савельев, – передай Гордею, что сам князь Серебряный явился, скажи, сколько людей с ним.

– А как же?.. – начал, было, Туран, но Дмитрий не дал ему договорить:

– Бегом, туда-сюда!

– Сполняю!

Тут к воеводе подошли Серебряный и казацкий начальник.

– Доброго здравия, Петр Семенович, рад видеть тебя!

– Доброго здравия, Дмитрий Владимирович, и я рад видеть тебя! – ответил князь и указал на своего спутника: – Познакомься! Помощник атамана Михайло Тимофеевича Лунина, головы станицы Дугановка, что крепко стоит за царя нашего, Данилов Макар.

Поприветствовали друг друга и прошли внутрь крепости, где их уже ожидал Гордей Бессонов с сыном Власом и одним из возчиков малого обоза дружины, Алексеем Глуховым. Следом в крепость стали входить воины, ведя своих коней на поводу.