Я – неандер

Все-таки общая масса воды, горшков, дегтя и рыбы с кольями для ежей и прутьями решетки составила больше ста килограммов, а воду мог набрать в любом месте по маршруту, пока двигался вдоль гряды, а это почти двести километров, и не выйду на равнину, чистых ручьев стекает много, но это было необходимо.

Следовало с максимальной нагрузкой выявить все недочеты конструкции и по возможности устранить их, потому как когда пойду назад с солью, что-то переделывать станет мягко говоря неудобно. По-хорошему следовало еще глиной дополнительно догрузиться, но решил, что у всего должен быть разумный предел, в общем действовать надо без фанатизма.

Двигался споро, оценить скорость сложно, но думаю, что классические пять километров в час, несмотря на короткие ноги я делал. Время от времени останавливался и осматривал конструкцию да добавлял смазки.

До обеда, что я наметил себе на два-три часа, отмахал порядка тридцати километров. Провел более тщательный осмотр, но все оказалось на удивление неплохо.

Пока запекалась рыба, побродил у ручья, возле которого встал в районе впадения его в Карасук.

Жаль только, что при всем при этом речка не судоходна, по крайней мере на плоту точно не сплавиться. Может дальше глубина будет больше за счет новых притоков, а сейчас едва до колена достает в самом глубоком месте, при ширине русла в пять-шесть метров.

– Уука ушасая! – воскликнул я от неожиданности, когда из кустов выскочил здоровенный заяц, точнее его предок или этакий подвид типа заяц-неандерталец, потому как несмотря на заячье тело уши у него оказались очень короткими.

Я постоял, глубоким дыханием унимая учащённое сердцебиение. Испугала меня эта «сука ушастая», чуть не до усеру. В животе реально закрутило… Ведь вместо зайчины, мог ведь и махайрод из кустов выскочить… Я конечно с копьем, но мог и не успеть им отбиться.

Уняв сердце, дрожь в руках и ногах, а так же дождавшись когда перестанет бурлить в животе, все равно решился пройти дальше ибо меня заинтересовала высокая зелень, растущая на участке который видимо время от времени заливает во время половодья.

– И ас уосит от имли уесый апах анапли… – пропел-провыл я до безобразия фальшиво.