Спасатель

 – И что мне собственно теперь делать?»

7

Впрочем, ответ на вопрос «что делать» нашелся быстро. Следовало до того, как совсем стемнеет и окончательно исчезнет эффект восходящего потока, который и так едва-едва чувствовался из-за чего лететь было очень тяжело, добраться до какого-нибудь достаточного удобного места для посадки и взлета и банально переночевать, набравшись сил.

И такое место имелось относительно недалеко. Только бы успеть долететь и приземлиться, что непросто было бы сделать в таких условиях и в одиночку, а уж с дополнительным грузом… а если еще все делать в темноте, то и до аварии недалеко.

«Ну и девицу одеждой обеспечить, – снова со смешком подумал Александр выжимая из своего дельтаплана все, что только можно дабы еще хоть на метр увеличить высоту. – А то ей голышом сейчас, явно не слишком комфортно».

Долгушин, немного придя в себя переживал только что произошедшее, увиденное и сделанное им самим.

«Это было слишком рискованно и… безрассудно, – думал он, чувствуя, как его немного потряхивает. – Но, не смотреть же мне было, как этот извращенец стал бы делать с ней свое мерзопакостное дело своим фаллоимитатором? Да и приготовления для аутодафе явно намекают на дальнейшую судьбу жертвы, при этом не факт, что ее к этому столбу привязали бы, а не посадили. Слишком уж этот столб невысокий был и тонкий… Уроды одним словом».

Садиться пришлось практически в полной темноте. Спасали облака, что отражали свет севшего за горизонт светила. Причем не на гору, а у ее подножия, так как высоты уже катастрофически не хватало. Александр в наступившей темноте едва-едва различал, что там собственно внизу есть и все могло закончиться печально, но спасатель вспомнил об осветительной ракете, что и спасла положение.

К счастью посадка получилась без неприятных накладок. Хотя ткань неприятно заскобли по кустарнику, но к счастью верхние ветки были мягкими и ткань не распороло колючками.

«В гробу я видел такие посадки», – подумал он тяжело дыша.

Перенервничал.

– Ну все, все… сели. Можно уже отцепляться, – похлопал Александр по судорожно сжатым рукам девушки, а потом не без удовольствия проделал тоже самое с ее красивыми ножками, что крепко обвивали его бедра, а потом и по бедрам, дальше двигаться не стал, хоть и хотелось.