Пуля

Нигде не кружили бритые братки и не шныряли неприметные личности с погонами под джинсовыми куртками.

– Через парадную не выходи, – посоветовал я, – иди через черный ход. Там рядом кусты, танк спрятать можно. Понял?

– Понял. А ты от мотоцикла избавься. Где он у тебя?

– На стоянке.

– Хочешь, я его заберу? – предложил Дрюня.

– Не надо. Пусть стоит.

– А если найдут? Тебе же квитанцию выписывали и в журнале небось отметили. Там же фамилия будет стоять!

– Будет, только не моя. Права у меня левые, сам делал.

Дрюня восхищенно присвистнул.

– Ну и крут же ты, Пуля! Все предусмотрел!

– Всего предусмотреть невозможно. Ты-то как меня нашел?

– Сказал тоже! Я-то знал, кого надо искать. Ты же сам, пока у меня на даче сидел и стволы ждал, объявления в газете подчеркивал. Вот я по ним и прошелся. Первый же адрес твоим оказался.

Я чертыхнулся: надо же было так лопухнуться.

– Газету выкини, а лучше сожги, – приказал я.

– Я ее съем, – серьезно ответил Дрюня.

– Ага, – промолвил я и глубоко задумался. Если Дрюня меня так легко обнаружил, то и другим это сделать будет несложно. Андрей может думать все, что угодно, но мы свое знакомство не прятали, я к ним частенько приходил. Рано или поздно выплывет, что мы знакомы. А если кто-нибудь сочтет необходимым покопаться в нашем прошлом, то без особого труда установит, что мы служили в одной бригаде. И тогда все…

– Я тебе машинку подогнал, – промолвил Дрюня, с отвращением глядя на недопитый чай.

– Где надыбал?

– Дак на твои бабки куплена. Она стоит всего пятьсот баксов.

– Чего так дешево? – поинтересовался я.

– А в ней мужик угорел, – равнодушно оповестил меня Дрюня. – В смысле, того… Самоубийством, значит, жизнь покончил. Шланг закинул в салон и каюк! Машина на улице стояла, солнышко тоже помогло. Вонища в салоне стоит неимоверная, как в скотомогильнике. И пассажирского кресла впереди нет, с корнем выдрано.

– В каком смысле?

– Ну, мужик ее в лотерею выиграл, «Богатырские пельмени» кушать любил, вот и сподобился выиграть. У нее с бортов еще не все наклейки содраны. Я пробовал отмыть, но их, по-моему, проще закрасить.

– Ключи давай, – вяло произнес я.

Дрюня положил на стол пару ключей и уставился в окно.

– На веселое дело идешь, – хмуро произнес он.