Красная кнопка

Советник знал, что его непосредственный начальник, главный военный советник в Сирии генерал-майор Кордополов находится на излечении в Москве, подхватил какую-то местную заразу и имел разрешение обращаться непосредственно к командиру российской военной базы.

Он привел в рабочее состояние станцию, настроил все параметры, снял трубку, набрал номер.

– Генерал-майор Грубанов, – тут же ответил ему голос.

– Здравия желаю, товарищ генерал-майор, военный советник командира ополчения поселка Эль-Руван, майор Зарубин Олег Викторович.

– Здравствуй, майор, ты назвал поселок Эль-Руван, это тот, что находится в блокаде банд ИГИЛ?

– Так точно. В отсутствие генерала Кордополова имею разрешение прямого выхода на вас.

– Слушаю, майор.

Зарубин доложил об отбитой только что попытке игиловцев прорвать оборону поселка, затем добавил:

– В результате короткого боя ополченцы сожгли семь танков «Т-62» и пять БТР-6ПБ противника, а также уничтожили примерно до пятидесяти боевиков.

– Отличный результат. Не зря ты там свой хлеб ешь.

– Стараемся.

– Потери ополченцев?

– Двое раненых, один убитый.

– Хм, могло быть гораздо больше. Это минимальные потери.

– Вы сказали, что я не зря ем свой хлеб. Собственно, по этому вопросу я и решил к вам обратиться.

– Что, заканчиваются запасы в Эль-Руване?

– Заканчиваются. На урезанном пайке, полный даем только детям, беременным и кормящим женщинам, гарнизон продержится не более десяти дней, дальше – голод.

– Мне известна ситуация в поселке. Предполагаю, что командир ополчения Махир Абидир в недоумении, почему мы не выслали помощь?

– Так точно.

– У нас стоит полный борт «Ил-76», завтра должны прибыть еще два. И на складах достаточно продовольствия и боеприпасов, но… в настоящий момент переброска к вам груза невозможна.

– Разрешите узнать почему? – удивился Зарубин.

– Разрешить-то, майор, разрешаю, а вот почему… То, что я тебе сообщу, могут знать в Эль-Руване только ты, командир ополчения, ну, пожалуй, и его заместитель. Все.

– Я слушаю.