Красная кнопка

Заместитель командира группы капитан Туренко.

– Товарищи офицеры! – козырнул Жилин, что означало «вольно». – Значит, так. Командиром отряда полковником Северцовым принято решение на проведение кросса для нашей группы. Кросс вдоль взлетно-посадочной полосы.

Он не назвал причину, которая привела к такому решению командира, хотя все офицеры и прапорщики знали эту самую причину, но зла на товарищей не держали. Сегодня они попали в переплет, завтра ты. Такова служба, такова жизнь.

– Но… – улыбнулся Жилин, – полковник Северцов изменил решение по дальности забега.

– Ну хоть так, – стоя в строю, проговорил Смирнов.

– Смирнов? Вы что-то изволили сказать?

– Никак нет, товарищ майор, вам показалось.

– Да? Вообще-то со слухом у меня все в порядке.

– Тогда вы услышали бы, что именно я сказал.

– Ладно, – кашлянул Жилин.

– Есть, товарищ майор!

Подразделение свободным строем пошло к дальней кромке бетонки и наземного тормозного устройства «АТУ», не позволяющего самолету при аварийной посадке вылететь за безопасные пределы ВПП.

Сам же Жилин воспользовался одним из «УАЗов» штаба базы. Увидев это, Соболь подтолкнул Смирнова:

– Смотри, а Жилин не собирается бежать вместе с нами.

– Я, если был бы командиром группы, тоже не побежал бы. С какой радости? Подчиненные бухают, а командир должен страдать?

– Ты не забыл, что майор вчера последние двести граммов проглотил?

– Это вынужденная мера.

– Чего? Он сам сказал: налей, Соболь. Кто его к чему вынуждал?

– Вынужденная, прапорщик, потому, что майор хотел не только помянуть, но и чтобы нам меньше досталось.

– Во как все повернул! Где бы в армии такую должность найти, пить за других, чтобы другим меньше доставалось?

– Подумал, что спросил?

– Проехали. Только по справедливости командир должен с группой бежать.

– Может, еще и полковник Северцов должен?

– И ему не помешало бы.

– Ты наглый, Дима, как торговец «левым» товаром.

– Я не наглый, я больной, – вздохнул Соболь.

– Голова?

– И голова, и вообще, тошнит, слабость, короче, бодун, не тебе объяснять.

– Я-то как раз редко страдаю, только когда литра два за вечер приму. Да и то не сильно.

– А я сильно. Еле иду, а еще бежать в «обратку».

– Да уж, ничего хорошего.