Попрыгун

– Жлобье, – тихо сказала Соня. – Все-таки Императоры – скотские натуры. Обладают такой мощью и ничем не желают поделиться.

– Ты бы желала? – изумился я.

Соня пожала плечами.

– Если бы стояла перед выбором – поделиться могуществом или умереть, я бы поделилась. А вот у них другое мнение.

– Ну, милая моя, – вмешалась в наш разговор старушка, – это уже называется политика. И не важно, что государства эти, скорее всего никогда не пересекутся друг с другом. Ты вспомни из своей истории: хоть одно государство вашей страны помогало кому-нибудь безвозмездно? Вспомни, к примеру, Вторую мировую войну.

Когда англичане изобрели пенициллин, советы умоляли дать им образцы лекарства, но англичане отказали, потому как еще сами не решили, поддерживать Гитлера или Сталина. Когда же советы вывели свой штамм пенициллина, они точно так же отказали англичанам, готовых сотрудничать с СССР.

– Так им и надо, – мстительно покосившись на Борегара, прошипела Соня.

– Но позвольте, – запротестовал я, – это были государства, живущий в одной плоскости, одном времени и на одной планете.

Миры, в которых бываем мы, совсем другое дело.

– Как сказать, – загадочно покачала головой старуха. – Где-то хорошо развита инфраструктура, стоят небоскребы, люди гоняют на машинах, а иногда даже по небу летают, как птицы. А где-то до сих пор скребут землю мотыгой, никто не отменяет феодализм, а то и абсолютную монархию. Тебе бы понравилось, если бы ты создал шикарный техногенный мир, корпел над ним не один год, а потом бы узнал, что некие скользящие разведали все, что могли и передали все сведения другому императору? А он создал такой же мир, точную копию, или и вовсе, додумался до чего-то такого, до чего не дошел своим умом ты.

– Да какая разница? – возмутилась Соня.

– Не скажи, – возразил я. – Каждому присуще чувство собственичества. Что мое, то мое! Тебе вот недавно не понравилось, что другой скользящий помогал выводить из гибнущих миров людей.

Мне не нравится, когда Борегар или кто-то еще влезает в открытые мною миры. Это мое, я нашел это первым.

– Ну, то, что Борегар нам всем мешает жизнь, это дело понятное, – пожала плечами Соня. – А вот с такой постановкой вопроса о сотрудничестве между мирами я не согласна. Но ваша точка зрения мне, по крайней мере, понятна.

– Мне непонятно другое, – сквозь зубы процедил я. – Борегар, как нам уже известно по горькому опыту, скользящий без ограничений.