Синий тарантул

С этой минуты, сменяя один другого, автоматические аппараты в течение двух суток будут делать снимки всей комнаты и людей в ней.

Расставив стулья на места, отмеченные меловыми точками, человек придирчиво осмотрел свою работу сначала простым глазом, затем через бинокль.

– Объект в четырех кварталах от дома! В четырех кварталах от дома! – раздалась радиотревога. – Коридор занят. Коридор занят.

Когда человек в голубой рубахе вышел из квартиры Козлова, он был мокр и бледен. На первом этаже у лифта он встретил пенсионера, спешившего домой с ворохом мелких покупок.

10. Первый след

15 августа Пургин перечитывал личные дела работников спецгруппы, все не решаясь увеличить список из трех фамилий, составленный им по первым впечатлениям. Сегодня на совещании у Язина ему предстояло высказать свои подозрения. Ночью он почти не спал. Открытый сейф, следы пальцев на главном журнале, появление врага в спецгруппе, которой он безраздельно доверял, – все это не дало ему сомкнуть глаз.

– К вам товарищ Зарина, – послышался голос секретаря из диктофона. Взглянув на часы, Пургин увидел, что уже время обеда.

– Просите!

Ольга была бледна, нервно теребила носовой платочек.

– Я пришла, – неуверенно начала она, – я хочу вам рассказать… Вернее, – поправилась она, – я хочу вашего совета.

– Пожалуйста, пожалуйста, – проговорил Пургин и, выйдя из-за стола, сел напротив Зариной.

– Аркадий Аркадьич, – собралась, наконец, она с духом, – представьте, что вы девушка…

– Ну, положим, – сдержав улыбку, ответил Пургин.

– Представьте, что вам объяснился в любви талантливый, красивый человек, которого вы любите.

– Представляю.

– И просит вас стать его женой.

– Так в чем же дело?!

– И вот скажите, Аркадий Аркадьич, человек, который вас любит по-настоящему, может вас обмануть?

В этом вопросе было столько души, столько волнения, что Пургин сразу стал серьезным.

– Человек, который вас любит, – медленно ответил он, – никогда лгать вам не станет.

Горькая складка легла между тонкими бровями девушки. Дрогнувшим голосом она произнесла:

– И я так думаю. А он солгал мне, два раза…

– Это плохо.

– Еще скажите, товарищ Пургин… Правда, родина для нас дороже всего? Выше всего?

– Правда, Ольга Павловна.

Зарина больше не робела перед начальником. Голос ее звучал твердо.

– Наша работа секретная. Я читала инструкции, подписку давала. Лекции майора о бдительности помню.