Комендантский год

Советская власть же в тех местах самоустранилась задолго до этого. Чиновники просто бежали. Партийные организации там и раньше были разобщены, засорены сомнительными элементами. Несколько недель в районе творилось безвластие – грабежи, погромы, хозяйничали банды. Возвращались раскулаченные, присматривались к своим бывшим землям, занимали дома, которые у них отобрали. Откуда-то взялась фигура Константина Воскобойника, инженера со спиртового завода. Этот махровый антисоветчик обладал организаторскими способностями, сформировал так называемую народную милицию, стал наводить порядок.

Уголовников, надо признаться, он прижал. В отряде милиции было сто человек. Собрал Воскобойник каких-то людей, назначил их старостами, депутатами, сформировал что-то вроде выборного округа. Эта вот компания и назначила его губернатором Локтя и окрестных земель. Проще говоря, сам он себя продвинул. Замом сделал Бронислава Каминского, своего дружка с того же завода. В Локте худо-бедно навел порядок. Потом нагрянули немцы. Воскобойник тут как тут, бьет челом, клянется в верности. И ведь уболтал он оккупантов. Командир авангардной танковой группы признал его полномочия и утвердил бывшего инженера в должности бургомистра всей Локотской волостной управы. Да, пробивных способностей этому типу хватало. Сначала немцы разрешили ему иметь двадцать вооруженных людей, а через две недели – уже двести. И пошла писать губерния. Он объявил местное самоуправление, создал отряды самообороны. Воскобойнику теперь подчинялись населенные пункты, прилегающие к Локтю. Там появилась вооруженная полиция. Оккупанты нарадоваться не могли. Он подпольщиков уничтожал, советских партизан загонял в глухую чащу. Войско его росло как на дрожжах. Воскобойника ценил генерал Бранд, командующий тыловым районом. Увы, у него была поддержка местного населения. Под ружье народ шел охотно. Округ разрастался, величался теперь Локотской республикой, автономией, особым округом. Крупная административная единица рейхскомиссариата Московия, надо же! Округ делился на уезды, те – на волости. Везде собственная администрация, вооруженные отряды. Надо признаться, Вадим Андреевич, это образование действительно особое. Такого еще не было на оккупированных землях. Власть в округе принадлежит не немецким оккупационным администрациям, а местным территориальным органам. Все начальство Воскобойник назначал лично. Немцы не имели права вмешиваться в работу местной власти, могли только советовать и помогать.