Посланник МИД

Так как ещё в январе Ленин написал короткое письмо членам Политбюро в своём стиле: «Не открыть ли сейчас же личные и негласные переговоры в Берлине и Москве с немцами о контакте нашем и ихнем в Генуе?… Не предложить ли тотчас тайно всем полпредам позондировать почву у соответствующих правительств, не согласны ли те начать с нами неофициальные секретные переговоры об общей линии в Генуе?»

– И вот… как тут не верить всем этим разговорам, о «немецком золоте на революцию и о Ленине – немецком шпионе»?, – подумал Литвинов.

– А еще ратовали против тайной дипломатии…предали гласности всю тайную переписку царского правительства и Керенского…, – вздохнул он.

Потом он снова вернулся к мыслям о Сергее:

– Да…молодец…и если наладит дело с этими записями разговоров…вообще хорошо… будет ещё один альтернативный источник информации для анализа.

Глава 9.

На следующий день, я после уроков собрал Совет интерната и там поставил вопрос «о невозможности отпускать Владимира Ильича Ленина в логово империалистов, так как они пойдут на всё, чтобы лишить мировой пролетариат его Великого Вождя».

Поэтому я просто озвучил те мысли, которые и так бурлили в умах всех честных граждан Советской России.

Проголосовали за решение единогласно.

Взяв его, я направился к Валериану, согласовать окончательный текст и уже его выносить на голосование в Совете пионерской Дружины… вначале интерната, а затем и школы.

На Старой площади я его не нашёл и уже собирался уходить, как встретил товарища Сталина.

– Аааа, товарищ Козырев, – он мне обрадовался.

– Здравствуйте товарищ Сталин, – вежливо я поздоровался и отдал ему пионерский салют.

– Послушай, Сэргэй, я собирался чаю попить…не люблю одын…составишь мне компанию?, – взяв меня под руку спросил он.

Я согласно кивнул и мы пошли к нему в кабинет.

Ожидая заказанного чая, мы вели неспешную беседу.

Вернее, я рассказал, как я побывал у товарища Артузова и как он направил меня к товарищу Литвинову.

О своём вступлении в «добровольные помощники милиции» я не стал говорить. Вовремя вспомнив о подписке, которую там оставил.

– Ну и как к тебе отнёсся наш уважаемый зам наркоминдел?, – с хитринкой спросил Сталин.

– Да ничего себе такой дядька, – искренне я ответил и добавил:

– Семья у него хорошая, молодая жена и двое маленьких детей….