Посланник МИД

– Дааа… а какая?, – удивился тот и добавил:

– Я…давеча… спрашивал Пал Семёныча…он ни о чём таком не говорил…

– И не скажет…наш Палсэм считает, что его должен обеспечивать районный отдел народного просвещения, куда он регулярно подаёт заявки, которые так же регулярно не выполняются, – одним предложением я выпалил то, что билось у меня в голове.

– И что там … в этих заявках?, – уже по деловому спросил Катин папа.

– Да много чего… за заводские деньги вы всё сразу не сможете купить…но выход есть…, – предупредил я его разочарование и продолжил:

– Сколько стоит самый дешёвый билет в театр в Москве?

– Нууу…около 25 рублей… это на галёрке в бывшем государевом или в каком ни будь подвале экспериментального, – с понимание в голосе тот ответил.

– Так вот…это знают и ваши работники… а Вы решите, когда лучше к ним обратится с просьбой скинутся интернату…до представления или после…на следующий день там, – внёс я предложение.

Катя сидела с широко открытыми глазами ртом от моего … так скажем… практицизма.

– Дааа, Сергей…я в тебе не ошибся, когда решил поговорить о театре именно с тобою, – весело сказал Пётр Петрович и поднимаясь со своего кресла протянул мне руку для рукопожатия в честь заключения сделки, как это водилось до последнего времени в деловой среде в России.

Премьера нашей постановки на профессиональной сцене так же имела полный успех. В зале был аншлаг, ещё одно словечко Колобка, а по нашему «негде было яблоку упасть».

Первый пакет помощи от заводчан был ожидаемо воспринят Палсэмом «в штыки», но от решения Совета коммуны он не мог отмахнутся.

С тех пор Клуб завода стал нашей основной сценой, как сказал Колобок, а интернатовский зал стал сценой постановочной и репетиционной.

Постепенно была внедрена продажа билетов, как более прогрессивная мера перераспределения денежного эквивалента труда. Но и бесплатные приглашения составляли не менее четверти от мест в зале.

Забегая наперёд скажу, что Катя, Никита и Колобок в последствии сделали карьеру … нет… не в театре, а в кино, которое Владимир Ильич Ленин уже назвал «наиважнейшим из искусств». Катя и Никита долго играли вместе, а Колобок стал известным кинорежиссёром.