«Мы наш, мы новый…»

Перезвонил мне через пятнадцать минут, после моего условного послания, через компьютерную сеть, которую у нас, вслед за США, стали называть Интернет. Вкратце спросил тему и сроки, а когда услышал начало моего ответа, который я начал с главного, «Берлинской стены», прервал и сказал, что всё под контролем, но встречу всё же назначил. Встреча прошла, как обычно. Но в начале он поинтересовался моими делами. Вроде не так давно виделись, месяца ещё не прошло, а событий было много.

Я с трудами, но успешно окончил первый курс, военного факультета КПИ.

– Зачем нам это нужно?, – спросил меня, как то Тихий, мой сосед по общаге. Нормальный в общем то парень, но непонятно, что у него на уме, Тихий, он и есть Тихий. Я тогда не понял вопроса и переспросил его, – что именно?

– Ну, вся эта муть, история, религия?, – уточнил он.

– Ну, а как ты относишься к выражению «Иваны – не помнящие родства»?, – я задал ему встречный вопрос. Провоцируя его на более вдумчивую аргументацию, чем простое отрицание.

– Да, знаю я всё и так, кто мы и что мы… Народ – Победитель, Созидатель и так далее, – небрежно он ушёл от конкретного ответа.

– Тихий, ты же тихий, а не тупой, – бросил я ему, «выходя из себя».

– Так швыряться словами нельзя, не понимая их смысл… я так понял, тебя раздражает то, что нет единой точки зрения на одни и те же события, а экзамен общий и нужно используя материал из двух конспектов построить ответ, верно?, – спросил я его снова.

– Ну, да, никак не пойму простых вещей… например Сталин… был хороший или плохой?, – спросил он.

– Да, «с козырей зашёл», – сказал я и ухмыльнулся.

– Но постараюсь ответить коротко на этот непростой вопрос, – продолжил я.

– Для этого просто обратимся к мнению…. его, можно сказать врага, к британскому премьеру, он в некрологе про Сталина сказал, что этот человек принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой, – процитировал я максимально близко к тексту известную цитату.

– Дальше… про Сталина, справедливо говорят, как о жестоком человеке, способствовавшем проведению в стране репрессий… А ты читал про то время хоть, что ни будь?, – спросил я Тихого.

– Да нет особо, так, пару фильмов тех времён посмотрел, – тот ответил.