Изумрудный плен

Олег неспешно шёл к автомобилю. Внезапно промелькнули две тени. Испуг заставил похолодеть. Оцепенев на секунду от страха, Фомин шарахнулся в сторону, и последние несколько метров до машины бежал. Удар по голове чем-то тяжелым оглушил его, и он, тяжело рухнув, потерял сознание. Эреду и Гудеа принялись тщательно обыскивать распластавшееся на тротуаре тело. Найдя в кармане кольцо и деревянный кружок, они поспешили ретироваться.

Закрыв сейф, витрину и магазин, Сергей с Эммой вышли на улицу. Тишина. Ни души. Шли спокойно, надвинув глубоко на глаза кепки, как вдруг Сергей наткнулся на препятствие и едва не упал.

– Олег Борисович, вы меня слышите? – Фомин застонал. Из раны на его голове сочилась кровь. – Ему срочно нужно в больницу!

Сергей, взглянув на булыжник, валявшийся рядом, предложил:

– Затаскиваем в машину и едем в частную клинику!

Павловская вела машину, а Климов в смартфоне искал клинику подальше от виа Аппиа Нуова, чтобы, договорившись с дежурным травматологом, оказать помощь шефу.

На другой день с утра Фомин лежал с перевязанной головой в кровати своего номера в «Локарно», прикладывая к месту ушиба холодный компресс – пакетик со льдом, – и жаловался:

– Еще повезло, что не убили. Непрерывное везение – закономерность для полоумных.

– О, вижу, способность к абстрагированию не нарушена! – Эмма ликовала. – Доктор сказал, рана неглубокая, есть легкое сотрясение мозга.

– Еще доктор сказал, что вы чудом избежали нежелательных последствий, – с укором констатировал Сергей.

Фомин жалобно на него посмотрел:

– Уцелевший в кораблекрушении вполне может погибнуть в авиакатастрофе.

Эмма снисходительно улыбнулась:

– Каждый человек прежде всего должен спасать себя сам. Тому, кто ищет неприятностей, помочь ничем нельзя. Олег Борисович, вот ваша оправа, – она протянула золотое кольцо шефу. – Пусть созерцание этой вещи немного облегчит вам страдания.

Олег взял кольцо и задумчиво улыбнулся. Каково же было удивление Эммы и Сергея, обедавших в ресторане, когда в зал вошел Фомин без бинтов, пышущий здоровьем, со своей фирменной самоуверенной ухмылкой на лице.

– Официант, мне принесите то же самое, что и этим двоим!

Глава 5. Непререкаемая догма

По прилёту в Москву Фомин уединился в своем домашнем кабинете и стал с интересом рассматривать оправу.