Изумрудный плен

Завидев туристов, он поприветствовал их ослепительной, как у Челентано, улыбкой и фразой по-английски:

– Синьор и синьора, чем могу помочь?

Олег с фотоаппаратом наперевес, озираясь, изобразил удивление необычной обстановкой:

– О, так много красивых вещей!

Эмма восторгалась:

– Кэ бэлло! Как красиво!

Английским Фомин владел в совершенстве. Пройдясь вдоль витрин, он посмотрел в глаза продавцу:

– Ваш магазин нам рекомендовали. Я ищу для своей невесты что-нибудь необычное, но не современную поделку. Подарок должен быть старинным, как сам Рим.

Понимаете? Хочу утолить страсть настоящего коллекционера, чтобы нам с невестой позавидовали друзья в России.

– Coraggio! Смелее! В моем бутике вы найдете все, что нужно.

– Прекрасно.

В последующие полчаса перед покупателями был выложен десяток лотков со всяким псевдоантикварным барахлом, и каждая «уникальная» вещь сопровождалась пространным комментарием и хвалебными отзывами. Эмма не слушала, ходила по залу и рассматривала витрины и вазы. Ее внимание привлекла стеклянная витрина с небольшой неказистой скульптурой, выполненной из позолоченной жести и повторяющей известную картину Сальвадора Дали «Распятие, или Гиперкубическое тело».

Христос висит на кресте, который представляет собой развертку гиперкуба, – аналога обычного куба в четырехмерном пространстве. «Очень фантазийное», – подумала Эмма и пошла дальше смотреть «произведения» ювелирного искусства.

Фомин вскоре устал улыбаться. Когда его лицо изобразило тоску, хозяин магазина поинтересовался:

– Синьору ничего не понравилось?

Покупатель тяжко вздохнул:

– Все это очень интересно, но я не почувствовал вибрации моей кармы при прикосновении к этим чудесным вещам.

Чтобы испытать страдания или наслаждения, вещь должна быть по-настоящему древней.

Теперь продавец смотрел на него подозрительно:

– Turista russo чрезмерные притязания. Ничем не могу помочь.

Эмма обворожительно улыбнулась:

– Я бы хотела взглянуть на золотые украшения, принадлежавшие самим императорам, или их реплики.

Подозрение Марчелло заметно усилилось:

– Белла синьора, рынок старинных вещей так не функционирует. В определенный день в интернете на обезличенном сайте выставляется лот, и в ходе аукциона устанавливается цена.

– О, синьор, – Фомин поспешил успокоить продавца, – мы ни в коей мере не хотели вас обидеть. Просто у нас, в России, не принято торговаться, мы немедленно платим за вещь запрошенную сумму. Купеческий размах, знаете ли.